Автомобильное оборудование

 

Сунао Йосида

адаптированный перевод с японского на английский, переводчик не известен;
перевод с английского - Natari, бета - Ash-kha

Танцующий с мечом

(из цикла R.A.M. 1 - Rage Against the Moons)

вариант субтитрового перевода

"Представь дорогу, по которой меч шел бы в Равву
сынов Аммоновых и в Иудею, в укрепленный Иерусалим."
Книга пророка Иезекииля 21:20

Глава 1.

- Что ж, на первый взгляд, не вижу ничего страшного, если о Тресе позаботятся в Милане. В его центральных процессорах не обнаружили никаких вирусов. На восстановление уйдет где-то около месяца, – сказал мужчина.

В палаццо Спада, также известном как офис Министерства Иностранных Дел, было непривычно тихо. Мужчина с тонкими чертами лица бросил на стол толстую папку и подпер рукой щеку. Потом он уверенно улыбнулся и стал гонять во рту незажженную трубку.

- Я могу отправиться в Милан завтра же. В университете сейчас семестровые каникулы. А студенты так загружены работой, что у них не будет времени валять дурака. Что Вы на это скажете, Ваше Преосвященство? – спросил он.

- Я поручаю патера Треса Вам, профессор, - ответила Кардинал Катерина Сфорца. Она облокотилась на стол и глубоко вздохнула. Только глубокая морщинка над бровями выдавала ее беспокойство. – В АКСе и так сейчас не хватает агентов. Я надеюсь на его скорейшее выздоровление.

- Я позабочусь о нем, Ваше Преосвященство. Закончу еще до начала моих занятий.

Если бы в мире существовала картина самого уверенного в себе человека, то сейчас это был бы портрет “Профессора”, известного здесь также как доктор Уильям У. Вордсворт. Он как раз вытащил из своей робы спички и собрался закурить, когда прямо перед ним вдруг появилась голограмма монахини.

- Добрый вечер, Профессор Вордсворт. К сожалению, здесь не курят. Курите, пожалуйста, в холле или на балконе.

- О, прошу прощения… Боже, да вы удивительно красивая женщина, сестра Кейт.

- Благодарю. Но, боюсь, вам все равно нельзя курить здесь, – спокойно ответила монахиня, но в ее глазах читался молчаливый укор Профессору.

Он вынул трубку изо рта.

- Я вернулась, кардинал, – ответила сестра Кейт. – Как вы и приказывали, я доставила его в Амстердам. Он планирует провести операцию сегодня ночью.

Катерина кивнула.

– Хорошая работа, сестра Кейт. Продолжайте поддерживать связь.

- Хммм. Амстердам...? О, происшествие в Старом Соборе [1] ? – пробормотал Профессор. Указательным пальцем он массировал себе висок и постукивал по незажженной трубке. – Убийства служек и епископа, жертвы обескровлены. Так кого вы отправили?

- Союз Четырех Городов, включающий в себя Амстердам - дело, требующее большой осторожности. Вот почему я отправила того, кто лучше всего знаком с регионом.

- Значит, Мечника? Я не уверен, что это удачное решение.

Катерина напряженно посмотрела на мужчину.

Сестра Кейт увидев, что Профессор совсем скис, спросила:

- Почему вы думаете, что это неудачное решение, Профессор?

Катерина возразила:

- Он родился в Антверпене и знает эти места, и вполне может справиться с этой работой. В чем вы видите проблему?

- Вот в этом-то и есть проблема. Во всей этой ситуации, - Профессор задумался на мгновение, потом повернулся к Катерине. – Вы осведомлены о том, как он попал в АКС, Ваше Преосвященство. Я не могу согласиться с его выбором.

Катерина вздохнула и встала.

- Дело в том, что у нас нет другого выбора.

Она подошла к окну и посмотрела вниз на ночной город. Последние несколько дней зима не так свирепствовала, как в прошлые годы. Но сегодня опять похолодало. Улицы опустели, только бродячие псы и тени мелькали время от времени кое-где.

- В АКСе не хватает агентов. Особенно сейчас. Поэтому если он выйдет из-под контроля мне… - говорила Катерина своему отражению в окне. – Мне нужен будет кто-нибудь, кто сможет его остановить. Поэтому, Профессор, я прошу вас отправиться в Милан как можно быстрее.

***

После третьего поворота шаги преследовавшего девушку стали громче. Сестра Агнесса не смогла больше этого выносить и бросилась бежать. Ее монашеская роба, насквозь мокрая, прилипала к худым ногам.

“Да кто же это?” - в отчаянии думала она. Агнесса, вздрогнув, вспомнила таинственную тень, которую увидела, обернувшись на секунду.

Когда она выходила из полицейского участка, то никого не заметила. Таинственные шаги появились, когда она миновала безлюдную площадь сразу после набережной. Кто бы ни преследовал ее, он держал дистанцию, но продолжал погоню после каждого поворота.

Ночью в Амстердаме наступала могильная тишина.

Портовый город, располагавшийся ниже уровня моря, от воды защищали дамбы. И в такие пронизывающие холодные ночи белый густой туман стелился по улицам. Конечно, мало нашлось бы смельчаков, которые посмели бы в такие ночи выйти наружу. Агнесса и сама не стала бы рисковать. Сегодня она заперлась в своей комнате в церкви, собираясь провести спокойный вечер дома, но ее вызвали в полицейский участок.

А вокруг не было никого, кого можно было бы позвать на помощь. И она совсем выбилась из сил. К счастью, она заметила у берега канала маленькую лодочку.

Это была гондола с закрытой кабинкой. Такой мог бы пользоваться какой-нибудь дворянин, когда ему нужно было встретиться с кем-то подальше от чужих глаз и ушей. Она не хотела брать гондолу без разрешения, но попросить было некого. Добежав до канала, она спрыгнула в лодку.

Тень показалась из тумана секунд через десять после того, как Агнесса залезла в кабинку. Это был мужчина, и он носил темный плащ, чем-то напоминавший одежду гробовщика; капюшон скрывал его лицо. Еще больше девушку напугал длинный металлический посох, привязанный к его спине. Посох был размером с Агнессу. Как бы то ни было, то, что он носил с собой такую длинную штуку, отнюдь не внушало ей доверия.

Преследователь остановился рядом с лодкой. Девушка исчезла. Он наклонил голову в сторону и огляделся, как охотничий пес, потерявший свою добычу.

- Господи, пожалуйста, спаси меня. О, Господи! – девушка изо всех сил пыталась сдержать дрожь. Она сильнее сжала четки.

Когда преследователь посмотрел в лодку, то его зеленые глаза слабо сверкнули из-под капюшона. Их глаза встретились.

Он еще раз осмотрелся.

А потом, будто ничего не произошло, повернулся и быстро зашагал в обратном направлении. Звук его тяжелых шагов постепенно таял в тумане. А спустя еще некоторое время его и след простыл.

- Обошлось, - выдохнула Агнесс и выбралась из гондолы. – Что же ему было надо?

Но где-то в глубине души она знала ответ.

Через неделю после трагедии она почувствовала, что кто-то постоянно следит за ней, куда бы она ни пошла. Возможно, это был именно этот мужчина.

Агнесса, еле сдерживая слезы, вернулась на улицу. Она расправила мокрую юбку. “Мне нужно вернуться в церковь. Пусть там сейчас никого нет, но за толстыми стенами и тяжелыми дверьми я буду в безопасности”.

Девушка чуть было не поскользнулась и не упала. Но благодаря этому она не врезалась в карету, запряженную лошадьми, которую сначала не увидела из-за густого тумана.

- Будьте осторожнее, молодая леди. Опасно гулять одной по улице в такую туманную ночь, - предупредил ее кто-то холодно. – О, вы должно быть сестра Агнесса? Какая удача! Вас я как раз и искал. Замечательное совпадение.

Молодой мужчина, стоявший в дверях кареты, насмешливо рассмеялся. Он был одет в черное дорогое платье и синий атласный плащ и выглядел как типичный дворянин – как один из состоятельных купцов, контролировавших Содружество Четырех Городов. На его бедре висела золотая рапира, и он носил кольцо с сапфиром, сделанное в форме цветка. И был довольно высоким.

Агнесса резко отступила назад. Она заметила клыки, выглядывающие из-под его тонких губ.

- Эмм. Простите? – девушка попыталась отойти от кареты как можно дальше, но мужчина в черном преградил ей дорогу.

- Да не бойся ты, глупышка. Не собираюсь я пить твою кровь, ей-богу!

Один из его спутников, маленький и со змеиными глазками, прокудахтал:

- Господин Питер желает задать вам несколько вопросов об убийствах священников на прошлой неделе, вот и все. Почему бы вам не пойти с нами?

- Я-я ничего не знаю, - начала заикаться монахиня. Она дрожала и у нее стучали зубы. – Когда я вернулась, все уже были убиты. Пожалуйста, поверьте! Я и правда ничего не видела!

- О, вы уверены? Но вы единственная выжившая. У меня к вам много вопросов. Пожалуйста, не окажите ли вы нам честь своим присутствием, – мужчина, криво улыбнувшись, протянул ей длинную руку.

Агнесс заметила когти. Подавшись назад, она пронзительно закричала:

- Не приближайся ко мне, чудовище!

- Чудовище? – лицо мужчины ожесточилось. – Чудовище, говоришь? Ты называешь меня чудовищем?

Его изменившийся тон напугал девушку еще больше.

Один из людей в черном приблизился и прошептал:

- Пожалуйста, успокойтесь, господин Питер. Ваш брат распорядился привезти девушку живой...

- Не смей обращаться ко мне, гнусный терран! – Питер поднял тонкую кисть, и мужчина в черном отлетел к началу улицы; даже не взглянув на помощника, вампир схватил Агнессу за плечи своими когтистыми руками. – Да как можешь ты, бесполезное создание, называть меня чудовищем? Глупая храбрость для обычной девчонки…

Он скрипнул зубами, этот звук напоминал скрежет металла. И клыками впился в белое тело монахини. Вампир медленно поднял лицо к лицу страдающей девушки. Изогнутые клыки выдавались из воняющего рта. Он высунул острый язык и лизнул шею своей жертвы…

А в следующее мгновение вампир выгнулся назад, закрывая лицо, и застонал от сильной боли.

- Господин Питер? – крикнул один из мужчин.

Агнессу отшвырнули на булыжную мостовую, больше не обращая на нее никакого внимания. Одетые в черное мужчины заметили маленький кинжал, размером чуть больше зубочистки, проколовший язык стонущего от боли вампира.

Пока они смотрели на своего раненого господина, коротышка повернулся в том направлении, откуда прилетел кинжал, и спросил:

- А ты кто такой, черт тебя побери?

Мужчина в темном, черном одеянии стоял на другой стороне улицы. Под его скрывающем лицо капюшоном блеснули зеленые глаза. За спиной торчал длинный посох.

- Отойди от девушки, вампир, - сказал он, обращаясь к Питеру. – Я уверен, что еще успею вам представиться. Но прямо сейчас, если позволите, я хотел бы заняться ранами девушки. Поэтому, пожалуйста, просто уходите. Иначе я вас убью, - ответил загадочный незнакомец.

- Убьешь? Человечишка смеет думать, что он может убить вампира – сильнейшее существо на земле?! – закричал Питер в ответ, прикрывая рукой окровавленный рот. – Не обманывай сам себя, болван!

Он вытащил из языка сверкающий серебряный кинжальчик и метнул его в сторону противника.

- Убьешь? Убьешь меня? Я понятия не имею, что ты за черт, но вижу, ты шутить изволишь!

Маленький кинжальчик со свистом рассек воздух. Он летел со скоростью превышавшую скорость звука прямо в лицо своему обладателю.

Но он так и не смог задеть незнакомца, а вампир и его спутники опешили от удивления. Мужчина слегка отклонился в сторону и отбил летевший кинжал.

- Но как?!

- Это бесполезно. Вы не сможете убить меня, - невозмутимо проговорил он. Посох он держал прямо перед собой.

- Значит, тебе как-то удалось уклониться… А ты не так плох. Для террана, - проговорил метоселанин.

Он почти непристойно облизал губы и вынул рапиру из ножен у бедра.

- Ну, да ладно! А как тебе это?!

Вампир бросился на противника, даже еще не вытащив лезвие до конца. Обычный человек никогда не смог бы уследить за такой скоростью.

Но на незнакомца это, похоже, не произвело должного впечатления. Он отвел в сторону свой металлический посох, прислонив его к левому бедру. И легко опустился на одно колено.

- Глупый терран! Неужто ты в самом деле думаешь, что сможешь остановить меня этой штуковиной?! – Питер расхохотался, подняв вверх лезвие.

Тонкое лезвие было сделано из омега-титана – отличного синтезированного металла. Примите еще во внимание метоселанскую силу и скорость, и металлический посох можно было бы разорвать в клочки, как бумажный.

Питер заметил, что плащ незнакомца взметнулся без малейшего дуновения ветра. Это показалось ему странным.

Их тени скрестились. В ночном воздухе раздался звук зазвеневшего металла.

- Я хочу узнать твое имя перед тем, как убью тебя, ты, кусок дерьма! – Резко окрикнул Питер, его лезвие сильно вибрировало в руке.

Он услышал, как кто-то вполголоса произнес:

- Хьюго.

“Я точно проткнул его! Почему тогда он все еще разговаривает?” - задался вопросом Питер.

Он предполагал, что преследует террана, но вместо этого смотрел ему в спину. Вверх ногами.

- ..?

Порванный рапирой черный плащ упал с плеча незнакомца. Но, когда мужчина повернулся, единственным, что увидел вампир, было его печальное, красивое лицо и очень светлые волосы, спрятанные под капюшоном.

Молодой мужчина в сутане священника спокойно проговорил:

- Меня зовут Хьюго. Патер Хьюго.

Питер, наконец, осознал, что он не висит вниз головой. Это рана на горле была такой глубокой, что его голова держалась лишь на маленькой полоске кожи. Наконец, голова перевесила, кожа порвалась, и он упал на землю с отвратительным всплеском.

***

- Я не знаю ничего о происшествии в Старом Соборе! – пробасил в темноте граф Амстердамский Карел ван дер Верф. С его крючковатого носа обильно стекал пот. – Я и правда не осведомлен. Никто из нашего клана не имеет к этому никакого отношения.

- Что означает, Карел…

Три голограммы окружали одетого в голубой костюм метоселанина. Справа от него молодой мужчина в красном смокинге зловеще улыбнулся, так мог бы улыбаться кот загнанной в угол мыши.

– Что означает, Карел, что вы просто болван, раз позволили кому-то незаметно проскользнуть в ваш город без вашего на то ведома. То, что вы называетесь одним из Совета Четырех, позорит всех нас.

Карел зло зыркнул на молодого мужчину, накручивающего на пальцы свои светло-каштановые кудри.

- Заткни пасть, Мемрик. Как ты смеешь говорить со мной в таком тоне? Вот ляпни это еще раз, и я тебя прикончу! – рявкнул Каррел.

- Прикончите меня? Прикончите Ганса Мемрика? А Вы шутник. Что ж, милости прошу посетить Антверпен. Буду ждать вас с нетерпением. Желаете обсудить время и место нашей дуэли?

- Замолчите оба! – оборвал ссорящихся метоселан пожилой господин в черном, сидевший по центру. Его волосы уже поседели, но брови оставались угольно-черными. Орлиные глаза удивительно подходили к тонким губам. Он выглядел суровым и строгим. Пожилой господин – граф Брюссельский Тьерри Дарсус – с упреком обратился к молодому мужчине:

- Подумайте лучше, в каком неприятном положении мы оказались! Инцидент в церкви произошел на нашей территории. Вы понимаете, господа, что это значит?

- Полностью вас поддерживаю, граф Брюссельский. У нас нет времени на препирательства друг с другом, - важно кивнув, согласился сидящий следом за пожилым господином молодой мужчина в белом костюме. Его худощавость делала его похожим на счетовода. Но за серебряными очками скрывались пронзительные и умные глаза.

Молодой мужчина, граф Брюггский Ги де Грандвиль, мрачно поделился своими соображениями:

- Мы должны найти убийцу как можно скорее и объединить усилия, чтобы защитить всех нас. Граф Амстердамский, может ли в городе скрываться метоселанин, не принадлежащий к Совету?

- Нет, - коротко ответил Карел.

Совет Четырех был союзом группы метоселан, широко известных в преступном мире Содружества Четырех Городов.

Десять лет назад Совет Четырех смог быстро объединиться и, набрав силу, уничтожить и поглотить другие метоселанские кланы и все криминальные организации терран, полностью захватив контроль над преступным миром Содружества Четырех Городов. Появление в городе неизвестного метоселанина без ведома Карела было практически невозможным.

- Предположим, что один из иштванцев, сбежавших из Венгерского Маркизата или кто-то из регасцев проник в город? – Дарсус вопросительно вскинул брови.

- Содружество Четырех Городов находится на терранской территории. Мы все еще существуем только потому, что никогда не трогали их церкви. За нами будет охотиться не только Содружество, но подключатся и все эти народные защитники, – ответил Ги.

- Народные защитники? – переспросил Карел.

- Религиозные фанатики, как будто бы защищающие терран, а, по правде говоря, группы наемников, стремящиеся испортить нам планы, - с пафосом ответил Ги.

Мемрик перестал накручивать свои каштановые пряди на пальцы и вставил несколько визгливым голосом:

- Ватиканские шавки! В какое же дерьмо мы теперь влезли?!

- Прекратите истерику, Мемрик. У нас нет на это времени, - проворчал Дарсус, сейчас сильно напоминавший дедушку, и повернулся к Карелу: - Итак, мы трое надавим на правительство Содружества, чтобы они запретили Ватикану вмешиваться. Ты же, Карел, найдешь убийцу во чтобы то ни стало.

- Согласен. Я уже отправил людей разыскать выжившую монахиню. От нее мы получим нужные сведения, – ответил Карел.

- Хорошо. Но, сам понимаешь, сделать это нужно как можно быстрее. Времени у нас очень мало, - предупредил Дарсус, сердито глянув на него.

Голограмма Дарсуса замерцала. Картинка перестала подсвечиваться и пропала. Еще через мгновение исчезла голограмма и мужчины в красном смокинге.

Карел вполголоса обратился к оставшемуся метоселанину.

- Что случилось, Ги? Ты хочешь о чем-то поговорить?

- Да. Кое-что меня беспокоит, - ответил Ги. Худощавый метоселанин поправил очки и пристально посмотрел на Карела. После этого он ненадолго замолчал, что можно было бы расценить, как неуважение.

Карел раздраженно бросил:

- Так что же тебя беспокоит?

- Все. Разве Вам не кажется подозрительной сложившаяся ситуация? Священники жестоко убиты метоселанином в Вашем городе. Вмешательство Ватикана теперь практически неизбежно. А Совет под угрозой уничтожения. Такое ощущение, будто все это было хорошо спланировано.

- Хммм, теперь, когда ты изложил это так… - Карел потер свой крючковатый нос.

Из него бы получился хороший военный, но особой сообразительностью он не отличался. Однако даже он почувствовал, что что-то в этих происшествиях было не так.

Неделю назад десять служителей церкви были убиты в амстердамском Старом Соборе – это все, что было известно. Шейные позвонки всех жертв сломаны, а их на шеях остались следы вампирских клыков. И сомневаться не приходилось, что нападающий был метоселанином.

Но, как он только что говорил, шансы на то, что это был вампир, пробравшийся в город, были чрезвычайно малы. Не могли это быть и члены Амстердамского клана, включавшего и его младшего брата Питера. Они были преданы Карелу и не стали бы совершать таких глупостей.

Значит, это отпадало сразу.

- Предатель из другого клана? – догадался Карел.

- Это не лишено смысла. Если предположить, что в Совете есть кто-то, кто хочет навредить вам, то кусочки мозаики складывается, - ответил Ги.

- Значит, предатель. Мемрик?! – Карел в приступе бешенства стукнул кулаком по столу из красного дерева. – Конечно же, как я не подумал об этом раньше?

Амстердам был вторым по богатству городом после Брюсселя. Если бы вдруг нашелся кто-нибудь, способный сместить Карела с поста, то он стал бы весьма могущественным. С такими силами ему ничего не стоило бы подчинить себе весь Совет.

Но ни пожилой Дарсус, ни новичок Ги не стали бы участвовать в такой интриге. Ги был на стороне Карела, так как не мог забыть, что тот для него сделал. Дарсуса же, несмотря на прославившие его бесстрашие и жестокость, годы ослабили, и он старался избегать активных действий.

Но Мемрик Антверпенский – он был другим. Он разыгрывал из себя аристократа и тратил огромные деньги на коллекционирование произведений искусства, красивых женщин и смазливых мальчиков; не раз до Карела доходили слухи о том, что Мемрик завидовал богатствам Амстердама. В довершение, Мемрик люто ненавидел Карела после того, как тот однажды отказался одолжить ему денег. “Этот идиот не станет и беспокоиться, что натравил на нас Ватикан.”

- Конечно, у нас нет доказательств. Но Вам, Граф Амстердамский, все равно нужно быть осторожнее, - предупредил Ги.

- Знаю. Но пусть лучше он поостережется. Спасибо, Ги. Я этого не забуду, - ответил Карел.

На это худощавый граф Брюггский искренне улыбнулся.

- Всегда к вашим услугам, Сир. Граф Дарсус уже стар и слаб, поэтому теперь только вы наша опора. И я вам предан всей душой. Без вашей помощи я никогда не попал бы в Совет.

- Опора? Я что ль? – Карел, развеселившись, потер нос рукой. Но беспокойство омрачило его лицо. Что ж, получать комплименты приятно, но не время сейчас предаваться веселью. Мне нужно решить, что делать с Мемриком, пока он не сделал следующий шаг.

- Спасибо, Ги. Когда дело уляжется, я навещу тебя. Может, поохотимся или еще чего.

- Буду с нетерпением ждать, - ответил Ги. Когда картинка кланяющегося молодого метоселанина пропала, люстра наверху загорелась. В центре освещенной библиотеки Карел закинул ноги на свой стол из красного дерева и скрестил мощные руки на груди.

- Значит, проблема теперь в том, как прищучить Мемрика?

Для него это была сложная головоломка. Благодаря своим связям в полиции вывести нужную ему цепь событий из малейшей зацепки не составило бы труда. Но он не мог заходить так далеко. Эта монахиня, единственная выжившая, могла, конечно, видеть убийцу, но…

- Господин Карел? – чей-то неуверенный голос, раздавшийся с другой стороны двери, прервал его поток мыслей. – Это Виллем. Мы вернулись.

Это был слуга его младшего брата. Терран. Значит, они нашли монахиню.

- Заходи. Вы привели с собой монахиню? – спросил он, откинувшись в своем кресле.

Но терран, зашедший в комнату, выглядел подавленным. И это не предвещало ничего хорошего. Карел вопросительно поднял вверх одну бровь.

За коротышкой-терраном остальные слуги-терране внесли носилки, красные от пятен крови. Белая простыня накрывала что-то странной формы, а с одной стороны свисала обескровленная, безвольная рука. На ней, застывшей так, будто в ней что-то держали, на одном из пальцев он увидел сапфировый перстень.

- Э-это что, какая-то шутка? - Карел, спотыкаясь, подошел к носилкам, когда их поставили под яркой лампой.

Дрожащей рукой он откинул простыню и судорожно вздохнул.

- Виллем, объясни! Кто-то идиотски пошутил или что? – закричал Карел.

- Свя-священник, - глухой голос террана оборвался. – Удивительно умелый священник, появившийся в городе. Он убил господина Питера.

- Священник?! – рявкнул Карел.

Он посмотрел вниз на обезглавленное тело младшего брата. Рана была точной и ровной и как раз пересекала одну из нескольких уязвимых точек на теле метоселанина - шейные позвонки. Даже долго не стареющие, почти бессмертные метоселане не смогли бы выжить после такого. Это была работа профессионала, специализирующегося на убийстве метоселан. Карел знал только одну организацию в мире, которая наняла бы такого убийцу.

- Значит, Ватиканцы уже здесь! – разгневанный вампир (его глаза налились кровью от непролитых слез) прорычал: - Какого черта вы тут торчите! Мы должны убить священника! Будьте готовы к выходу!

- Сей-сейчас, сэр? Солнце вот-вот поднимется. Вам не следует выходить на улицу.

Карел бросил взгляд на часы. Стрелки указывали на пять часов. Он стиснул зубы. Несмотря на то, что солнце зимой встает позже, до рассвета у него было не больше двух часов.

“Должен ли я подождать до заката? Нет! Могу ли я оставить это дело на терран? Но если Питер был убит этим священником, то что против него могут сделать терране?”

- Ха, у меня появилась идея, - улыбнулся Каррел.

Один из слуг-терран догадался:

- Подождите, вы хотите использовать то, что мы приобрели у Германики? Конечно, да, мы можем это сделать, но… вы уверены?

Коротышка заметил смущенно:

- Если мы позволим этому разгуливать посреди бела дня на улице, он будет выделяться.

- Я заранее оповещу полицию. В конце концов, не зря же я переплачиваю им все это время.

Карел обнажил клыки и стащил кольцо с пальца брата.

- Мне плевать, сколько людей умрет! Я хочу, чтобы вы притащили мне и священника, и монахиню.

Глава 2.

Агнесса очнулась в знакомом месте. Первым, что она увидела, был потолок ее кельи, в которой она жила с пяти лет, с того самого времени, как церковь приняла ее в свое лоно.

- Я...ох.

Попытавшись встать, она вздрогнула от резкой боли, пронзившей руку, и инстинктивно прикоснулась к больному месту. Плечо была аккуратно забинтовано.

- Кто же перевязал рану? – спросила она себя.

Она поднялась, пытаясь двигаться как можно осторожнее. Солнце сейчас стояло высоко в небе, а его лучи пробивались сквозь занавески. Она практически не помнила, что случилось после того, как вампир впился клыками в ее плечо. Только кровавую пелену перед глазами и чей-то темный силуэт вдалеке.

Наклонив голову, она обдумывала происшедшее. Но тут ее отвлек какой-то шум. Он был едва различим.

Агнесса выбежала в темный коридор.

Из часовни доносился какой-то странный звук. Она украдкой заглянула в приоткрытую дверь, но сначала не заметила ничего, кроме распятия и органа у стены.

Но внутри определенно кто-то был.

- О-Он..?

Солнечные лучи, проникавшие внутрь через витражи, освещали светловолосого мужчину.

Молодого мужчину. Ему можно было дать не больше двадцати пяти. От того, что он стоял на одной правой руке, мускулы его хорошо сложенного тела напряглись. В левой, вытянутой параллельно полу, он держал металлический посох. Его правая рука ритмично сгибалась и разгибалась, его подбородок то почти касался земли, то опять поднимался высоко в воздух. Это повторялось снова и снова.

- Девятьсот девяносто, девятьсот девяносто один. Вы уже проснулись? Как вы себя чувствуете? – спросил он.

- А?! – Агнесса отступила назад от неожиданности, впечатавшись спиной в стену.

И вздрогнула от боли в плече.

- Девятьсот девяносто два, девятьсот девяносто три… Осторожнее. Если вы будете резко двигаться, раны могут открыться, - продолжив отжиматься, он предупредил девушку. У той от боли на глазах навернулись слезы.

Присмотревшись, Агнесса заметила бесчисленные шрамы, покрывавшие все тело мужчины. Они были глубокими, как те, которые остаются после ранения мечом. Странным было то, что на обеих его руках от кисти до предплечий не было ни одной метки; они были гладкими, как кожа младенца.

И вдруг она осознала, что все это время беззастенчиво разглядывала его тело.

Агнесса отвела глаза и спросила:

- А вы кто?

- Девятьсот девяносто девять, тысяча…Все.

Молодой мужчина опустился на руке еще ниже и, оттолкнувшись от земли, очень изящным и легким движением встал на ноги. Отерев пот с груди, он стал надевать черную рясу.

Агнесса опешила.

- Ряса? Т-так, значит вы…?

- Меня зовут Хьюго. Я странствующий священник, – вежливо представился молодой человек, аккуратно расправляя свое одеяние. – Меня прислали из Рима для расследования убийств, произошедших на прошлой неделе. Вы – единственный свидетель, сестра Агнесса, поэтому я хотел бы задать вам несколько вопросов. Но прежде… Я приготовил завтрак. Мы можем обсудить все во время еды?

Трапеза была без особых излишеств, но и на ее приготовление ушло какое-то время. Это был обычный домашний завтрак, какой готовят в Нидерландах.

- Я, конечно, не имел никакого права, но позволил себе воспользовался вашей кухней. Надеюсь, вы мне это простите, - сказал он.

- К-конечно, - Агнесса кивнула головой.

“Если подумать, а когда я последний раз ела нормальную пищу?”

После этих убийств она не могла заставить себя ничего приготовить. Да и аппетит с тех пор пропал.

- Что-то не так, сестра Агнесса? Вы совсем ничего не съели, – спросил он.

- Простите? – повернувшись, она наткнулась на его обеспокоенный взгляд; слезы застилали глаза, и она поспешно их вытерла. – Нет, нет. Со мной все в порядке. – Для достоверности она покачала головой и, шмыгнув носом, продолжила. – Я просто вспомнила обо всех… Простите, Патер.

Хьюго смотрел в заплаканное лицо девушки и не знал, что сказать. Наконец, он положил ладонь ей на плечо.

– Должно быть, их смерть очень тяжела для вас, - мягко сказал он. – Ведь вы живете в этой церкви еще с детства, верно?

- Да. Мой отец был рыцарем. Дворянином. Вы знаете что-нибудь о клане Вато, Патер?

Он о чем-то глубоко задумался, а потом ответил:

- Кое-что.

Вато были легендарным нидерландским дворянским кланом. На них работало огромное количество наемников. Столетиями глава клана занимал место Старшего инспектора в Альянсе Четырех городов. В конце концов, в их руках оказались огромные военные силы, много большие, чем у правительства, у которого, по существу, и не было реальной власти. Вато же обладали огромным влиянием и могли вмешиваться в дела политиков. Но теперь все это было уже в прошлом. Девять лет назад в Брюгге в результате хорошо спланированного нападения вампирами был уничтожен весь клан. Среди погибших оказались и родители молодой монахини.

- Той ночью…. я простудилась, и меня отправили к кормилице. Когда я узнала о трагедии, это… это было ужасно. Они убили не только моих родителей, но и весь клан. Мне было так одиноко. Я думала, что такое горе человек может пережить только однажды, – она не могла больше сдерживаться, слезы градом катились по ее лицу. – Но это… случилось снова.

- Я отомщу за них, – попытался убедить ее Хьюго. – Я отомщу за всех, кто был вам дорог. Пожалуйста, предоставьте это мне. Но до того как я исполню обещание, ответьте мне, сестра Агнесса. Это очень важно. Вы вернулись сюда сразу после того, как произошло убийство. Вы не заметили ничего странного вокруг Старого Собора? – он протянул ей платок.

Девушка, промокнув глаза и высморкавшись, покачала головой.

- Я и правда никого не видела. Я говорила это полиции уже миллион раз.

- Знаю. Я читал отчеты. Но если вы действительно никого не видели, то я в тупике. Зачем тогда им нападать на вас вчера ночью?

- Им? – Агнесса взглянула на карточку, которую Хьюго положил рядом с ней.

В центре смазанной фотографии был изображен внушительных размеров мужчина. У него были злые глаза и крючковатый нос.

- Граф Амстердамский Карел Ван дар Верф – вампир, возглавляющий преступный мир в Амстердаме. Прошлой ночью на вас напали по его приказу. Так что тот вампир пришел за вами, - ответил он.

Монахиня, не в силах пошевелиться, смотрела на фотографию.

– Н-но почему? Почему я?

- Я не знаю. Сначала я подумал, что они хотят избавиться от свидетеля. Но тогда они бы убили вас сразу, а не пытались похитить. Это всего лишь мое предположение, так что не будем об этом, - закончил он.

- Мммм, я не думаю, что вчерашнее связано с… - "Должна ли я говорить о том, что, возможно, и не имеет никакого отношения к делу? Но больше мне не о чем ему рассказать". – В ту ночь, я столкнулась с мужчиной, когда подходила к церкви.

- Мужчиной?

- Да. Знатного происхождения. Шатен, глаза - красновато-лилового цвета. И он носил серый плащ. А на тыльной стороне ладони у него была татуировка, что-то похожее на цветок. Но если бы он был убийцей, то разве бы он не убил бы меня на месте? – спросила она.

Священник, глубоко задумавшись, крепко сжал свой металлический посох. Через некоторое время он снова взглянул на Агнессу.

- Спасибо. Это может помочь. Но вам я советую уехать из города.

- Что-о? – воскликнула от удивления девушка.

Священник продолжил.

- Если мы отправимся на станцию прямо сейчас, то вы еще успеете на экспресс. Вы должны отправиться в Рим сегодня же. В Ватикане вы будете в безопасности до тех пор, пока я не разберусь с этим делом. Да, и когда будете там, прошу вас, помогите им составить фоторобот этого мужчины и пришлите его мне сюда, - приказал он.

- Н-нет, Патер. Пожалуйста, их должна убить я. Обещаю, я не буду вам мешать! Я хочу сделать это сама. Я должна отомстить за их смерти! Пожалуйста! – умоляла она.

- Нет, вы не будете это делать, Агнесса, – Хьюго отрицательно покачал головой. – Пока все не закончится, вы будете прятаться. Это нужно для вашей же безопасности.

- Нет! Меня не волнует моя безопасность…

- Выслушайте меня, Агнесса, – холодно прервал он ее, удерживая девушку за рукав своими длинными пальцами. На тыльной стороне ладони она увидела что-то вроде маленькой татуировки – то ли номера, но ли буквы.

Священник убеждал ее:

- Если вы хотя бы раз обагрите руки кровью, то, чтобы вы не делали, пути назад не будет. “Живущий мечом, мечом и погибнет”. [2] Если вы хотя бы раз кого-то убьете, даже если это будет справедливой карой за его грехи, придет время, когда из охотника вы станете жертвой. И чтобы защититься, вам придется убивать и убивать, отягощая свои грехи. В конце концов, придет день и вы умрете от чьей-то руки. Это судьба человека, вставшего на путь меча. Я не хочу, чтобы вы на него сворачивали.

- Эт-то не честно! – закричала Агнесса, оттолкнув в сторону стул. – Отлично. Здесь наши пути расходятся, Патер. Я не могу простить их!

- Стойте, куда вы? – спросил он.

- Это уже не ваше дело! – отрезала Агнесса, повернувшись к Хьюго спиной. – Я сама отомщу за них. Просто оставьте меня в покое.

- Не вздумайте. Я вам не позволю, – строго оборвал ее Хьюго. Он потянулся вперед, чтобы схватить ее за плечо, но его пальцы соскользнули. Точнее его кисть отбросило в сторону, как будто кто-то оттолкнул его руку.

- Проклятье, но не сейчас же! – пробормотал Хьюго своей трясущейся руке. – Да успокойся, ты!

Молодой человек, который вчера был таким собранным и спокойным с вампирами, сейчас стискивал зубы, стараясь сдержать охватившую его панику. К Агнессе это не имело никакого отношения.

Она же как раз воспользовалась представившейся ей возможностью сбежать.

- Агнесса, подождите! – окликнул он ее.

Но она была уже в коридоре. А секундой позже в стене образовалась огромная дыра.

Удар кулака пробил стену так, что ее куски отлетели к другой стороне коридора.

- Привет, сестра! – в огромном проходе появился чей-то темный силуэт и направился к монахине, которая от страха почти перестала дышать.

Агнесса, затравленно оглядываясь, пыталась вырваться из мощного захвата.

- Робот!

Закованный в металл гигант под три метра ростом держал девушку одной рукой, не давая ей возможности пошевелиться. Тяжеловесный колосс – робот, еще один уцелевший после Армагеддона кусочек прежних технологий. Проще говоря, это был экзоскелет** из брони.

- Агнесса! - закричал Хьюго.

- Утро доброе, Патер. Спасибо тебе за вчерашний вечер, - колосс обернулся к священнику, выбежавшему в коридор; пронзительный голос, звучавший через громкоговоритель, казался на удивление знакомым. – Из-за тебя, кстати, мне досталось от Карела. Эй… брось-ка ты эту жуткую штуковину, – он одной рукой указал на посох, а другой сильнее сжал девушку. – Давай бросай и побыстрее, а то как бы чего плохого с девчонкой не приключилось!

- Н-нет, Патер! Не…! - голос девушки оборвался. Ее лицо стало красным, а губы посинели от недостатка кислорода.

- Хорошо, - глухо произнес он, его посох упал на пол с громким, металлическим звуком. – Только не трогайте девушку.

Агнесса зачарованно смотрела, как посох покатился по полу.

Глава 3.

Подземелье напоминало залу в оперном театре. Широкие балконы выдавались из стен. Около дюжины мужчин и женщин, одетых в вечерние платья и носивших дорогие украшения, стояли рядом с буфетной стойкой, буквально заваленной едой. Они что-то весело обсуждали, пока суетившиеся вокруг них официанты в черных костюмах обслуживали смеющуюся компанию. Располагавшиеся ниже лестницы вели в нишу для простолюдинов. И за исключением сегодняшнего вечера, галерка обычно пустовала.

В центре залы была пустая ниша; что придавало ей некоторое сходство с Колизеем. Подземелье было шире футбольного поля, а пол сделан из гладкого бетона. Ниша была по периметру огорожена металлической решеткой. А в самом ее центре зияла круглая дыра, служившая, скорее всего, отверстием для подъемника.

- Ты и есть та выжившая монашка? – поинтересовался у девушки здоровый крепкий мужчина, один занимавший весь столик.

Он разглядывал монахиню, так и не оторвавшись от своего фондю в горшочке. В его бледных глазах явно читалась враждебность и злоба, а губы под его крючковатым носом были необычайно тонкими. Он вовсе не был привлекательным или сколько-нибудь харизматичным, но он него так и веяло опасностью.

– Меня зовут Карел ван дер Верф… Я принадлежу к Союзу Четырех. Под моей властью находится Амстердам. Ты знаешь, почему ты здесь, так?

- П-патер…Что вы сделали с патером Хьюго? – Агнесса, собрав всю храбрость, которая у нее была, смотрела в глаза вампиру, изо всех сил стараясь, чтобы у нее не стучали зубы.

- Не волнуйся, совсем скоро ты его увидишь, - громко расхохотался Карел, катая по столу металлический посох Хьюго. – А пока… сестричка, ты расскажешь мне все, что знаешь об убийствах. Священник мне кое о чем обмолвился. Сказал, что ты видела лицо убийцы, так? Как же он выглядел? Это был мужчина или женщина? Молодой или старый? Как он выглядел?

Агнесса часто-часто заморгала. Она уже рассказала Хьюго все, что об этом знала. “Разговаривал ли вообще вампир с Патером? Почему же тогда Хьюго сказал ему, что я видела лицо убийцы, но сам ни слова не сказал о том, как тот выглядел?"

Наконец, она поняла: Хьюго скрыл подробности, чтобы спасти ей жизнь.

- Почему же ты упрямишься? Расскажи мне все, и я тебя отпущу. Я не из тех людей, кто любит долго ждать, – настаивал Карел.

В его серебристых глазах уже можно было уловить тень недовольства.

- Хорошо, но прежде ответьте мне, что с патером Хьюго! Я не скажу ни слова, пока не увижу его! – потребовала она.

- Ха-ха!.. Значит, обычная терранка хочет со мной поторговаться, а, Сестра? - Карел был раздражен и прикрикнул на нее: – Тебе лучше рассказать мне все по-хорошему! Итак, кто грохнул священников?

При виде его обнажившихся клыков девушка почти потеряла сознание от страха, но потом все-таки смогла взять себя в руки.

– Я должна увидеть Патера! Иначе я ничего вам не скажу!

- Ну что за упрямая овца! – вампир недоверчиво покачал головой. – Раз ты так жаждешь его увидеть, то гляди – вот он.

Тут Агнесса услышала какой-то слабый, едва различимый звук. Она посмотрела на арену, и ее глаза внезапно расширились от ужаса.

- П-патер?!

Огромный подъемник появился посреди арены. А в самом его центре стоял молодой мужчина. “Что же они с ним делали?”

Хьюго был весь в крови. Чудом было уже то, что он вообще мог стоять на ногах. Более того, обе его лодыжки были закованы, чтобы ограничивать его движения.

- Да будет шоу! – Карел щелкнул своими сильными пальцами.

С грохотом одна из стен арены поднялась. За ней виднелась темная комната – или, быть может, коридор.

Агнесса судорожно вдохнула и прислушалась. И услышала какой-то равномерный металлический звук. Он был похож на чьи-то… шаги.

Огромный, несколько непропорциональный робото-человек вышел на арену. Он поднял правую руку, держащую щит, и довольно неуклюже поприветствовал дворян. А потом указал на священника своим молотом, который был длиной в рост маленького ребенка.

- Начинай, - Карел вновь щелкнул пальцами, и мужчина в черном протрубил сигнал выступления.

Услышав сигнал, робот, несмотря на свою неуклюжесть, быстро двинулся вперед.

- Патер!

В тот момент, когда Агнесса закрыла лицо руками, молот с грохотом опустился на землю, оставив в полу огромную вмятину. От удара куски бетона размером с кулак разлетелись вокруг, как осколки снаряда.

Но священника на этом месте уже не было. Не известно как, но он смог уклониться от удара.

И сейчас волочил свои скованные цепью ноги туда, где, как он предполагал, у гиганта было слепое пятно. Но двигался он с почти старческой медлительностью. И робот, как кот, дразнящий свою жертву, загнал священника к границе арены.

- Бегите, Патер! – взволнованно закричала Агнесса.

Молот вновь поднялся в воздух. Когда Хьюго изогнулся, пытаясь избежать удара, то плечом врезался в металлическую изгородь, и молот опустился ему прямо на спину.

Хьюго почти задохнулся от боли.

Темно-красная жидкость брызнула во все стороны, и Хьюго упал на одно колено. Робот не стал замахиваться еще раз, а вместо этого ударил священника в живот.

- С-стойте… остановите это! – заикаясь, стала умолять девушка.

- Только, если вы будете с нами сотрудничать, Сестра, – засмеялся вампир; отодвинув горшочек с фондю, он острым кончиком языка облизал губы. – Если вы скажите нам, кто убийца, я освобожу священника.

Снизу раздался хриплый голос Хьюго:

- Нет… Как только вы скажите им это, они убьют и вас.

- Оххх… Ну, что за раздражающий субъект… Виллем! – позвал Карел.

Робот поднял ногу над головой священника. Он мог бы раздавить его череп, как яичную скорлупу.

- Что такое, Сестра? Если ты не заговорите сейчас же, то голова патера будет похожа на вот этот сыр, – пообещал Карел, указывая на горшочек.

Агнесса перевела взгляд с металлического посоха на пузырящийся горшочек. И прикусила губу, задумавшись. “Этот человек – настоящий дьявол. Они убьют нас обоих, чтобы я не сказала”.

Ей хотелось бы никогда не говорить тех ужасных слов, которые она бросила священнику несколько часов назад. А теперь все, что ей оставалось – это сидеть здесь и смотреть на то, как его мучают. Мужчина, которого она недооценила сначала, нашел самый лучший способ, чтобы сохранить ей жизнь. Она же ничем не могла ему помочь.

- Я согласна, - тихо произнесла она.

- Нет, Агнесса! – крикнул Хьюго, но Агнессе пришлось сделать вид, что она не слышит его надломившийся голос.

- Я расскажу вам все, что знаю, – продолжила она.

- Замечательно, - Карел даже подался вперед и, как муха, стал потирать руки.- Ну, и? Как выглядел убийца?

- Когда я уже подходила к собору, то столкнулась с мужчиной. У него были каштановые волосы и красно-лиловые глаза. А от его взгляда до костей пробирало холодом.

- Так все же это был Мемрик! – не осознавая, что он не дал ей договорить, Карел повернулся и закричал остальным:

- Вы это слышали? Это точно он, точно!

- Гос-господин Карел! – визгливо окликнул его терран в черном.

Когда Карел обернулся, чтобы понять, на что смотрит его подчиненный, горячее содержимое его горшочка с фондю полетело ему прямо в лицо.

– Ах ты маленькая дрянь! - закричал от боли Карел.

От такого обычный терран мог бы и вовсе ослепнуть, но не почти бессмертный метоселанин. Он лишь потерял на пару секунд зрение. Но эти вот несколько мгновений и спасли Агнессе жизнь.

Она прыгнула вперед и схватила металлический посох. Пока Карел был не в состоянии что-либо сделать, она бросила удивительно ярко сверкающее оружие вниз на арену.

Будто повинуясь воле божьей, посох полетел в протянутую руку Хьюго. Он, задыхаясь, откинулся на спину.

Девушка сверху прокричала ему:

- Патер… Я умоляю вас, деритесь!

Но это было единственным, что она успела проговорить. В следующее мгновение кто-то мощными когтями прошелся по ее спине и швырнул ее на пол.

- Стерва! – рассвирепел Карел.

Монахиня молча упала на пол. Вампир поставил ногу ей на спину и зарычал. И уже приготовился нанести завершающий удар по ее беззащитной шее.

- Гос-господин Карел, арена! – закричали его подчиненные.

Робот, собиравшийся раздавить череп священнику, неожиданно замер на месте. Более того…

- Ви-вилем?! – позвал слугу Карел.

Зрелище, открывшееся его глазам, казалось невероятным. Верхняя часть тела робота накренилась вперед и повалилась на пол. Его туловище было аккуратно разрублено пополам, и красная кровь ключом била из раны.

Посреди всего этого стоял священник со своим металлическим посохом, на который он, как на костыль, опирался правой рукой. И цепь, сковывавшая его ноги, была так же аккуратно перерезана.

- Вы следующий, Карел ван дер Верф.

Взгляд холодных зеленых глаз, казалось, насквозь пронизывал обезумевшего от ужаса вампира. Страх метоселанин в течение всей своей жизни испытывал лишь несколько раз. Но сейчас, когда священник так смотрел на Карела, тот почувствовал, что от ужаса не может и шелохнуться.

- Оставайтесь там… Я поднимаюсь, - безжалостно предупредил его Хьюго.

- Уб-убейте его! Стреляйте, черт вас побери!

Подчинившись приказу Карела, мужчины в черном вытащили пистолеты. Они направили дула на арену и открыли огонь. Все они когда-то были либо полицейскими, либо солдатами, и поэтому считались превосходными и меткими стрелками. Священника, стоявшего в самом центре арены, должно было разорвать на куски.

Но внезапно перед Хьюго возникла серая стена. К тому моменту, как нападавшие осознали, что это всего лишь его посох, двигающийся с удивительной скоростью, пули уже срикошетили и разлетелись по всему Колизею. А сильно вращающийся металлический веер в этот момент уже быстро продвигался наверх, в направлении балкона.

- С-слишком быстро… Прекратить огонь! Вы только застрелите друг друга, - мужчина в черном, который только просил всех остановить эту беспорядочную стрельбу, пронзительно закричал и захлебнулся кровью, когда лезвие-посох вдруг прошлось по его горлу.

Тень, скользившая между падающими телами, запрыгнула в дворянскую секцию Колизея. Не успели мужчины открыть огонь, как металлический посох Хьюго раскроил им черепа. Как будто прихлопнул надоедливую мошкару.

- Ах, ты ничтожество! – дворянка в голубом платье отбросила в сторону свой театральный бинокль и встала.

Из ее красивых, тонких пальцев появились длинные когти.

- Сдохни! – в ярости прокричала она и вскинула правую руку, но Хьюго удалось блокировать удар посохом.

Она оскалилась и левой рукой попробовала ударить его по лицу. Даже для Хьюго было практически невозможно ускользнуть от такого.

Но он каким-то образом все же избежал удара. Легкое движение правой рукой, и звон металла, скользящего по металлу, раздался в помещении. А в металлическом посохе вдруг появилось маленькое отверстие, из которого исходило какое-то пугающее белое свечение.

Посох рассек воздух, а вслед за этим во все стороны брызнула струя свежей красной крови. Голова дворянки скатилась на стол. Ее тело еще мгновение стояло, а затем упало на ступеньки. Из ран фонтаном хлестала кровь.

Наконец, другие метоселане осознали, что им грозит смертельная опасность.

Хьюго, скрытый тенью, приземлился рядом с монахиней, лежавшей без сознания. Одетый в черную рясу священник держал в руках лезвие с удивительно тонким и красиво изогнутым лезвием. И оно сверкало.

- Да что же у него за меч?!..

- Я-я не могу в это поверить. Он убивает метоселан всего лишь одним ударом!

Пока другие метоселане метались в панике, Карел, как и положено главе клана, пытался сохранить чувство собственного достоинства.

Он прорычал:

- Да как ты посмел убивать моих людей! Ты ведь не совсем обычный священник, да?

Более десяти вампиров окружили Хьюго, но он, казалось, не слишком беспокоился по этому поводу. Яркое лезвие в его руках освещало его лицо. Он перешел из защиты в нападение и теперь держал меч перед своими зелеными глазами.

- Хьюго де Ватто, агент АКСа, - он взмахнул лезвием. – Кодовое имя Мечник.

- АКСа?.. Так ты ватиканский наемник, – с презрением воскликнул Карел.

Священник вдруг оказался за спиной одного из метоселан и пронзил мечом сердце молодого вампира. Лезвие скользнуло по горлу мужчины, пройдя по диагонали от шеи до ключицы. Хлынул еще один поток крови.

- Ускорение! Используйте ускорение, чтобы достать его! – приказал Карел.

Метоселанин никогда и представить себе не мог, что медлительный терранин сможет убить кого-то из них.

Карел рявкнул на одного из младших вампиров:

- Он всего лишь терранин! Используй свое ускорение!

Одной из необычных способностей метоселан было то, что, задействовав резервы нервной системы, они могли увеличивать свою скорость. Но при этом они расходовали слишком много сил и не могли пользоваться этим умением в течение продолжительного времени. Несмотря на это, Карел надеялся, что им хватит и трех секунд, чтобы справиться с нынешней опасностью. Метоселанин, воспользовавшись этой удивительной способностью, проскользнул мимо тела молодого вампира и попытался атаковать незащищенную спину священника. Как волк, убивающий агнца, он клыками собирался впиться в шею Хьюго…

- ?! – но его клыки клацнули в воздухе, даже не задев священника. - Где же?..

- Вы тратите слишком много времени на движения, - прошептал Хьюго в искаженное лицо вампира, и его длинное лезвие в тот же момент пронзило сердце Карела. – И совершенно недооцениваете людей.

- Те-терранин! – несмотря на то, что лезвие повернулось в грудной клетке и разорвало ему сердце, старый вампир изо всех сил сопротивлялся смерти и схватил меч, торчащий из его груди, обеими руками.

Он уже должен был умереть, но его желание сражаться заставило его сердечную мышцу сократиться и удержать меч на месте.

- Умри, ничтожество!

Карел, схватив боевой топор со стены, уже приближался к безоружному священнику.

Хьюго потянулся к пустым ножнам как раз в тот момент, когда тяжелый топор должен был опуститься ему на голову.

Лязгнул металл.

Хьюго сжимал в руке лезвие, блокирующее топор. Карел осознал, что это был маленький кинжал, который Мечник вытащил из ножен, и в тот же момент его тело причудливо изогнулась. С невероятной силой священник оттолкнул вампира назад.

- Агхр!

Несмотря ни на что, у метоселанина еще была возможность размахнуться и кинуть топор священнику в голову. Но Хьюго уже вытащил лезвие из тела вампира.

- Слишком медленно! – сказал Хьюго, перекидывая меч в правую руку.

Перед его взором в одно мгновение промелькнули все смерти, виновником которых он был и смерти, виновником которых он еще станет. Подумал он и о собственной смерти, зависшей над ним, как готовый опуститься в любую секунду топор палача. Но вот только он не собирался умирать сейчас.

С пронзительным криком, Хьюго оттолкнулся от земли и взмыл в воздух. Меч он поднял вверх, чтобы защититься от топора.

- Omnes enim qui acceperint gladium, gladio peribunt. Тот, кто живет мечом, от меча и погибнет. Аминь.

Меч на скорости вошел в горло хрипящему вампиру.

***

Раны на теле девушки местами доходили до костей. Она была в относительном порядке, но ей срочно была нужна медицинская помощь. И хотя сейчас жизнь ее была вне опасности, шрамы, должно быть, останутся на всю жизнь.

- Я отнесу вас в госпиталь. Все будет в порядке. Я не позволю вам умереть.

Хьюго подхватил девушку на руки и понес ее подальше от места кровавого побоища.

- Он умер? – Агнесса, несмотря на ослепляющую боль, смогла чуть-чуть приоткрыть глаза. – Вы… вы убили его, патер Хьюго?

- Нет, еще нет, – ответил он.

Длинное лезвие прибило Карела к стене, лишь на несколько микрон не задев шейных позвонков. Метоселане могли оправиться после ранений различной степени тяжести, если жизненно важные центры не были задеты. Поэтому стоило Карелу дернуться в сторону лишь на миллиметр, и его жизнь оборвалась бы в то же мгновение.

- Что будем с ним делать? Если вы захотите, то мы можем убить его. Вы ведь так жаждали мести, – задал вопрос Хьюго.

Агнесса повернула голову настолько, насколько ей позволяла поврежденная шея. Опустив глаза и увидев руки Хьюго, запачканные кровью, грустно ответила:

- Нет.

Ее щеки дрогнули, когда она попыталась улыбнуться.

– Нет, я не хочу никому мстить.

- Вы сделали правильный выбор, - с искренней радостью ответил Хьюго. – Я постараюсь как можно быстрее отнести вас в госпиталь. А сейчас попробуйте уснуть.

Хьюго опустил Агнессу на землю, выпрямился и застегнул свою сутану. Прямо сейчас ему нужно было сделать еще кое-что.

- Ответьте мне, Карел Ван дер Верф, - его тон стал очень холодным: как сильно он отличался от того, как священник обращался к девушке! – Почему вы спрашивали сестру Агнессу об убийце? Разве это сделал не один из ваших подчиненных?

- А черт их знает, – обессиленный вампир приоткрыл глаза; он знал, что ему нельзя и шелохнуться. – Меня подставили… подставил… Мемрик.

- Подставили? Вы говорите о Гансе Мемрике Антверпенском? Он и есть убийца? – допытывался Хьюго.

- Кто его знает. Помоги мне…Я не убивал священников из Старого Собора, я клянусь, - ловя ртом воздух, проговорил Карел.

Но даже если он и не участвовал в нападении на церковь, священник никак не мог отпустить столь опасного вампира.

Карел продолжал умолять его. Слезы выступили у него на глазах.

– Я и правда ничего не знаю!

- Тогда ответьте мне… Ответьте, кто виновен в убийстве клана Вато? Если вы мне скажите, я помогу вам. Если нет… - он дотронулся до лезвия. – Расскажите мне. Это ваших рук дело? Кто из вас убил родителей, отрубил сыну руки и похитил дочь?! – потребовал ответа Хьюго. – Кто убил их всех и похитил мою сестру Аньес?

У Карела закатились глаза.

– Терран по имени Жан ван Мэйлин приказал нам напасть на Брюгге. Он нанял нас…

- Жан ван Мэйлин? Мастер клана Мэйлин?.. Не лгите мне! Они – ответвление рода Вато! – пытался опровергнуть его слова Хьюго.

- Да не лгу я. Он хотел заполучить должность Старшего инспектора, которую, по его мнению, клан Вато занимал слишком долго. Ха, терране называют нас монстрами, но хоть раз бы на себя оглянулись, – ответил Карел.

- Тогда кто именно напал на дом? – спросил Хьюго, при этом так сжав рукоять меча, что лезвие задрожало. – Ответьте мне, Карел. Это последний вопрос. Имя вампира, который напал на клан Вато.

- Это был… был…

Хьюго инстинктивно увернулся от чего-то, что пролетело рядом с ним. Как оказалось, это был арбалетный болт.

- Нет! – закричал Хьюго, не желая верить в произошедшее.

Огромная серая стрела, от которой он так удачно уклонился, попала в Карела. Вампир был мертв.

Хьюго обернулся. Закутанная в серое тень смотрела на него сверху. Половина его лица была скрыта под серебряной маской и шляпой с широкими полями. Но когда их взгляды встретились, Хьюго показалось, что мужчина с лиловыми глазами смеется над ним.

- Стой! – крикнул ему Хьюго.

Но тень в сером растворилась в темном коридоре. Хьюго хотел было побежать за ней, но вспомнил про истекавшую кровью девушку, находившуюся сейчас без сознания.

Если он сейчас оставит ее, она наверняка умрет.

Каждый удар сердца, казалось, приближал ее к смерти. Он скинул с себя сутану и взял девушку на руки.

- Только держитесь.

Ее время было на исходе. Священник, бросив последний взгляд назад на темный коридор, выбежал из Колизея.

- Я никогда не отступлю.

***

- Нам стало известно о серии убийств, произошедших на пассажирских кораблях в водах Альбиона, - сообщила сестра Кейт, читавшая аналитический отчет. – Действовать нужно как можно осторожнее: вполне возможно, что здесь замешан кто-то из альбионских дворян. Мне кажется, что раскрыть это дело обычному агенту будет не под силу.

- В таком случае, нам придется отправить кого-то из спец-агентов. А это значит, что мы добровольно-таки ослабим сами себя, - вздохнула Катерина, стоявшая у окна.

Солнце встало, и воздух уже успел прогреться. Лучи весеннего солнца заливали площадь Святого Петера, а все верующие в это время были в светлых одеждах.

- Но, боюсь, у нас нет выбора. Альбион - одна из двух главных независимых от Церкви держав. И мы до сих пор должны Альбиону за тот случай с похищением... Действовать нужно предельно осторожно. Я предлагаю отправить двоих. Крусник и Мечник сейчас свободны, ведь так? – спросила Катерина.

- В общем-то... - пробормотала сестра Кейт.

- В чем дело? – Катерина заинтересовалась столь непривычной для нее нерешительностью своей подчиненной.

“Я ошибаюсь?”

- Госпожа Кардинал, Мечник все еще не вернулся в Рим.

- О чем вы? Его отчет мы получили две недели назад. Я, конечно, могу предположить, что он взял себе несколько дней выходных, но где он сейчас? - настойчиво спросила Катерина.

- Д-да… Вы правы, но… - монахиня опустила глаза. – Патер Хьюго сообщил, что среди убитых им вампиров не было подозреваемых. Он упомянул, что ему необходимо продолжить расследование в Антверпене.

Катерина вздохнула.

- Я читала отчет. Именно поэтому дело все еще не закрыто. Предполагалось, что мы отправим агента АКСа, как только найдется какая-нибудь существенная зацепка. Что здесь не так?

- Он не согласился с этим планом и отправился в Антверпен сам… П-простите, - извинялась сестра Кейт.

Кардинал в гневе стукнула кулачком по столу.

– Да как он посмел так сбежать?! – После этой вспышки она немного успокоилась, но ее взгляд все еще оставался холодным.

Сестра Кейт робко поинтересовалась:

- Так... что мы будем делать, госпожа Кардинал?

- Передай Круснику, чтобы он забрал Одуванчика из тюрьмы. В Альбион отправим их, – ответила Катерина.

- Ээммм... Я имела ввиду, что теперь будет с Мечником? – спросила сестра Кейт.

Кардинал задумалась на минуту, теребя рукой распятие, висевшее у нее на шее. Отправить Хьюго в Нидерланды - было ее идеей. Теперь она за нее расплачивалась. Более того, она знала о произошедшем в Амстердаме.

- Посылайте Мечнику приказы о возвращении в Рим. Если он вернется, то я не буду наказывать его за неподчинение. На этот раз не буду.

- Будет исполнено. Я передам ему, - ответила сестра Кейт.

- Благодарю вас. Да… И еще, сестра Кейт, – продолжила Катерина.

Монахиня уже было успокоилась, но, услышав следующий вопрос, замерла.

- Как движется дело в Милане? Пожалуйста, спросите Профессора, как много еще нужно времени Стрелку для полного восстановления.


Примечания от Natari:

[1] Готический собор Oude Kerk (Старый собор) является усыпальницей знаменитого голландского адмирала Корнелиуса Тромпа, одержавшего в XVII в. 32 победы в морских сражениях против англичан. Отважный Тромп вместе с другим голландским адмиралом Михаэлем де Рюйдером являлись законодателями линейной тактики ведения морского боя, что привело к созданию нового класса морских кораблей – линейных боевых кораблей. Интересно отметить, что Oude Kerk является падающей башней, чем-то напоминающей своего знаменитого собрата в итальянской Пизе.

[2] Цитата. "Тогда говорит ему Иисус: возврати меч твой в его место, ибо все, взявшие меч, мечом погибнут;" (Матф., 26: 52).

© "Купол Преисподней" 2015 - 2016. Все права защищены.
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru Интернет-статистика