Автомобильное оборудование

James Ross

Лирика

С О Д Е Р Ж А Н И Е:

1. Глашатай Люцифера
2. День Гнева
3. Крыло и плащ
4. Марти посвящается...
5. Меланхолия Люцифера
6. Призраки ночи
7. Черные всадники (1)
8. Черные всадники (2)
9. Последний строй
10. Моя тропа
11. Orcheim
12. Дождь
13. The Brocken Sword
14. Homo Military - II
15. Песня Учителя
16. Песня Ученика
17. Дагор Браголлах (Дикая Охота)
18. Принц Эмбера
19. Свобода Среднеземья
20. Властитель

Глашатай Люцифера

Ну что, разберемся, кто из нас - Господь?
Люцифер

Я - глашатай Люцифера, я стоял справа от Его трона. Я - его лучший ученик.
Дж. С. Корон

Девять ступеней, ведущих к Твоему трону...
Девять ступеней пройти никому не дано.
Я помню - когда-то раскатами грома
Нам объявили: Люцифер восстал на Него.

Сломаны крылья низвергнутых с неба на землю.
Выбрав борьбу, а не рабство, мы сделали шаг.
Не низверженье кумира является целью.
Просто, мы видели то, что скрывает Твой лак.

Отныне Тьма пусть нам будет покровом,
Черный плащ заменит белый-белый хитон,
И в жилах наших бешенный ток крови.
Мы слышим горести смертных, их тихий стон.

Кто дал тебе право решать за свободных смертных,
Ты - их творец, Ты - их бог, это так, ну так что ж?
На алтарях Твоих собираются жертвы.
Ты борешься с Молохом, ибо с ним слишком похож.

Мы - темные войны, наши крылья трепещут под ветром,
Ты - далеко, мы живет среди смертных людей,
Что же, отныне - забота о ним наше дело,
И нам наплевать, что там кричат из церквей!

Мы с ними в родстве. Наше царство - ночное время,
Они нас бояться? В том видим мы руку Твою!
На наших конях звенит серебристое стремя -
Пора нам в дорогу. В каком ожидать нас краю?

Им помогать, защищать и вести их за правдой.
Вот наше дело, хоть бесами кличите нас.
Не пойдешь за свободой колонной маршевой бравой -
Что ж, машите распятьем. Уж скоро наступит наш час!

День Гнева

Припев:
И вот окрасилось алым небо...
День этот был предначертан свыше.
Господу люди верили слепо.
Молитвы и стон из-под рухнувшей крыши...

Промчались века за спиной,
И нашей вины здесь нет.
Секундной стрелкой — постой —
Отсчёт начинает Свет.

Мы сделали всё, что могли,
Боровшись с начала времён.
До пыток, костра и петли
Мы бились. Но выиграл Он.

Припев:
Семь печатей уже сорвали,
Трубы Архангелов уж прогремели,
Если бы только люди узнали,
Какую змею они пригрели.

Господи, ты, весь в сиянье!…
За что их Ты так жестоко?
Ведь это Твои созданья,
И всех есть свои пороки.

Припев:
Огнём полыхают травы,
И нет виноватых и чистых.
Реки полны отравы,
На землю слетают листья.

Кто-то читает молитвы.
Другой к Сатане взывает.
Поздно. И лезвие бритвы
От боли уже не спасает.

Припев:
За их? Они же люди!
Господь, пощади невинных!
За что же им столько жути?
А кровь красна, словно вина.

Простите — мы уцелели.
Поверьте нам — и простите.
Там, где колокола звенели,
Теперь гуляет злой ветер.

Припев:
К небу — глаза с мольбою.
С растресканных губ — молитвы.
“Спасенье” идёт с войною,
И предрешён исход битвы.
Не мы этот мир создавали,
Но наш он — по плоти и крови.
Пусть злом вечным нас называли,
Но это же — только слово.

Припев:
Бесполезны сейчас стенанья.
Бесполезно взывать в Исусу.
Люди, вот — минута прощанья.
Разорвавшись, рассыпались бусы.

Пора уходить приходит.
Прощайте. Мы весно с вами.
По миру Смерть уже бродит,
Забирая людей городами.

Припев:
Зазвенели по небу копыта.
Шестнадцать копыт — как громы.
Четыре — страшная свита,
И их не смягчают стоны.

Алый и белый слева,
Справа — чёрный и бледный.
Вот наступил День Гнева,
Господа день победный.

Припев:
Пророк из пещер Кумрана,
За что ты ТАКОЕ накликал?
Ведь ныне море — как рана
На лике Земли великой.

Что же, прощайте, люди,
Мы тоже уходим далёко.
Теперь всё в руках у судий.
Нас же осталось немного.

Припев:
Наш путь далеко нас за грань уводит.
Скорее, пошли! Наше дело уже закрыто.
Но по одному обратно на землю сходим.
Тысячи лет здесь… Они не будут забыты.

Крыло и плащ

Ну, здравствуй? Мы не виделись давно.
Как поживаешь? Впрочем, зря спросил.
Ты как предпочитаешь пить вино?
Разбавленным, иль как когда-то пил?

Ты стал ещё светлее, старый друг,
С тех пор, как виделись в последний раз.
С тех пор нас стерегли моря разлук,
И вот с тобой мы встретились сейчас.

Что ж, наливай. Да пей ты до конца!
К чему вино в бутылке оставлять?
Ну, чтоб тебе не увидать Венца!
Спасибо. Что ж тебе ещё желать?

Ну, как она? Желаю долгих лет.
Да. Мне, как видишь, лиги впереди.
Ты знаешь... помнишь, ты давал совет
О том, что совесть нас должна судить?

Я слишком хорошо его постиг.
Нет, без намёков. Без обид, мой друг!
Я слышал, ты уже вершин достиг?
Ну, за друзей! За них, и за подруг.

Когда ломали крылья, думал — в гроб.
Легко летать — попробуй-ка ходить...
Но я привык. Да нет, я ведь не сноб,
Мне просто на земле приятней жить.

Да кто вам говорит, что мы есть зло?
Разбитые повстанцы — это да.
И чтобы там на грязи не росло —
Злом называют это не всегда.

Ты сам же помнишь: я когда-то был
Не менее блаженным, чем ты сам.
Я кровью это благолепье смыл,
За что Господь мне крылья и сломал...

Да, я повстанец. Лучше мрак, чем свет!
Ну, не пугайся... Я — всё тот же я.
Хоть мы с тобой в разлуке сотни лет,
А раньше были лучшие друзья.

Подумаешь, ты — Ангел! Ты — мой друг.
А что, тебя шокирует мой вид?
Да нет, вино — не кровь — стекает с рук:
Бутылку неудачно я открыл.

Ты всё ещё за Господа горой?
Ага, а я всего лишь рыцарь Тьмы.
Живём мы больше сумрачной порой,
Ведь Он нас сделал войнами луны.

Мы здешним смертным вовсе не враги —
Да что там говорить, ты знаешь сам!
Ведь крылья кружат голову другим.
Неужто, ты теперь таким же стал?

Мы встретились — на то рука судьбы.
Подумаешь, ты — Ангел, а я — бес!
Мы вспомним эхо давешней гульбы,
Как спьяну Абаденн в драку полез.

Вот так, мой друг. А знаешь, дуй-ка к нам!
Ты здесь поймешь, что значит грязь и кровь.
Ты помнишь эту фразу: “Аз воздал”?
И ты поймешь, за что — поймешь любовь.

Познаешь наше право — защищать.
Узнаешь смертных наших… дорогих.
Ты будешь просто право иметь знать!
И ты поймешь, в чём жизнь у нас — других.

Не хочешь? Жаль. Что ж, встрече я был рад.
Ты что, уже уходишь, старый друг?
Мы на дороге, что из Рая в Ад,
Но лишь в Аду ни у кого нет слуг.

Ты хочешь дальше в мир идти? Постой!
Я не могу пустить тебя туда.
Что ты творишь?! Меч положи, дурной!
Ну, извини. Забудем про “тогда”.

Ты поднял меч? Что ж, хорошо, изволь.
Но твой хитон омоется в крови.
А впрочем, что я говорю? Позволь...
Прости... Ей передам слова твои.

Да, знаю всё. Твой господин послал,
И ты пошёл. И я тебя прощаю.
Но ты меня ведь другом называл...
Не всё ль равно... Вражду не завещают.

...И чёрный плащ взметнулся за плечом,
И ветер вдалеке завыл, как волк.
И телу в белом дан салют мечом.
“Когда ты, друг, упал — где был твой бог?”

На чёрном, говорят, заметна грязь,
Но не заметна кровь на нём была.
“Господь,— шипящей,— ты виновен, мразь!
Ответь, в чём яркость этого пятна?!”

Марти посвящается
(за “Выбор” и “Песню ищущих”)

Мы сделали выбор свой.
Так что же, судите нас!
Мы вышли на битву с судьбой.
Мы вместе только на час.

Одежда нам — тёмный покров.
И, словно птица в руках,
Бьются струны, волнуя кровь,
И кровь эта бьётся в висках.

Глаза открывая другим,
Ты снова коснёшься струн.
Всегда менестрель казним
За чеканную строчку рун.

В ночи обнажится клинок,
К чему нам бояться Тьмы?
Тот сделал выбор, кто смог
Увидеть свет чёрной Луны.

Рождённый свободным — тот,
Кто выбрал куда идти.
Кто выступил против богов,
И кто способен простить.

За жизнь, за гордость и честь
Пусть снова звенит струна.
И пусть ни угроза, ни лесть
Не заглушит гитару в руках.

Пусть славит клич боевой
И избранный путь судьбы.
Звеня, как звенит прибой,
Сметая мрак ворожбы.

Пусть утром затихнет струна —
На отдых дан только день.
А вечером снова она
С чела прогонит тень...

Меланхолия Люцифера

“Бог не всемогущ. В противном случае, здесь не было бы Дьявола.”
Г. Тертлдав

Мы миллиарды лет уже спорим с Тобою.
Ты — во всём белом, я в чёрном. Не в этом дело.
Ну почему же судьбу с Твоею судьбою
Переплести в бою нам Судьба велела.

Битвы меж нами пока ещё не гремели.
Вы — Светлые Ангелы, мы — Чёрные Демоны.
Над городами рога уже прогремели.
Не защититься от Господа стенами!

То, что с Тобой не согласно, Ты уничтожаешь.
Как же! Позволить им мыслить своей головой!
Слуг же моих Ты руками толпы убиваешь.
Кто же поспорит в бою с фанатичной толпой?

Вера слепая, как крот, и незнание — это
Путь, по которому Ты этих смертных толкаешь.
Им мечта о Рае — награда Света.
А Тебе всё равно, что Ты им наобещаешь.

Если же кто-то из псов Твоих найден мёртвым,
Сразу его объявляют святым и великим.
Вы ещё не забудьте, Авель был первым!
Эх, чёрт возьми! Всё никак от него не отвыкну.

Мы ведь равны. Я сильней становлюсь год от года.
И за моею спиною растут легионы.
Им наплевать на буран или на непогоду.
Им невпервой слышать в битве раненых стоны.

Чёрные латы, плащи и клинки боевые.
Это — не к бою, просто мы там, где мы нужны.
Мы — исчадия зла? Но в часы роковые
Мы вам поможем, хотя ничего не должны.

Ты уничтожил Аккад. Был пожар в Вавилоне.
В Риме Ты долго рушил имперский строй.
Символ Твой изображён на Троянской колонне.
Даже два раза. Вверху и внизу, скромный мой.

Мы ещё встретимся. Твой Иоанн напророчил.
Апокалипсис... Что ж, мы привыкли ждать.
Оба мы армии к этому мигу упрочим.
Что же неймётся тебе, Joder твою мать!

Нет Ты не можешь оставить бедняг в их пути.
Эх, параноик вселенский, что ж с тебя взять?
А они верят, что Ты их можешь спасти.
Эх, наивняги какие, прости Божья Мать!

Ладно, чертята, пора нам опять за работу.
Нет хуже работы — пасти толпу чудаков.
Ну, и потом приведут ко мне снова кого-то.
Нет работы вреднее, чем быть с Богом в ссоре такой...

Призраки ночи
(Гакхану и Ксиомбарг за “Детей безлунной ночи”)

Тёмной ночью мы выйдем на волю —
Дух беспокойный в хрупких телах.
Чёрным плащом отмахнёмся от боли
И запахнём его на плечах.

Вновь наступает Эра Дракона,
Страшное время кровавой войны.
Что нам до Хаоса и до Закона?
Мы лишь за смертных, полночи сыны.

Нас называют ночными тенями,
Призраки в чёрном с клинками в руках.
Нам тесно в квартирах. За их же стенами
Нас битва ждёт и оружия взмах.

Мы будем сражаться — создания ночи.
Чёрные тени во мраке ночи.
Светлых ханжей нам терпеть нету мочи,
Так пусть же песня Тёмных звучит.

Утром вернёмся в родные берлоги,
Спрятав мечи и плащи под шкафы.
Мы не уходим с нашей дороги.
Мы лишь расстаёмся с неё до поры.

Чёрные всадники
(авторский вариант)

Подними ты кверху глаза — видишь, всадники в небе?
А яркие звезды — отблеск луны на клинках.
По Млечном Пути они мчат, как в привольные степи.
И сколько гонка эта продлится в веках?

Всадники Тьмы — так зовёт нас в гордыне своей Саваоф.
Чёрные кони... Ах, не надо, милорды, ненужных слов.
Вы зовёте нас Адом — какая же, право, чушь.
Мы — воины ночи, за нами — армии душ.

Да, ночь — наше время. Луна — наивернейший наш друг.
А солнечный свет глазам причиняет немало мук.
Мы — воины тени. Плащи наши — пропуск в Ад.
И Ад — это место, где наш Повелитель нам рад.

Мы — слуги ночи. А когда-то мы были в Раю.
Эх, лучше бы вам не бывать в этом глупом краю.
Серость, милорды, болото. Затянет — прощай.
Ни с кем из знакомых там встретиться не обещай.

Когда мы восстали, белую ткань алой кровью залив,
Клинки засверкали, святую землю кровью сдобрив.
Мы проиграли, и с неба нас скинули вниз.
Сломаны крылья, но не нужен нам Парадиз.

Мы продолжали борьбу — среди вас, чудаков,
Сталью стараясь разбить железо оков.
Он нас крепко сковал, этот Бог, Господь и Творец,
Но когда-нибудь власти его наступит конец.

Когда-нибудь мы поведём за собою на штурм
Тысячи душ. Ну, держись, властелин-самодур!
Воплотим, о великий Люцифер, твою мечту.
Ведь изгнание наше — награда за прямоту.

Мы долго бились за тебя, о Люцифер,
Разрушали, как могли, гнуснейшую из вер.
Наш чёрный плащ от крови потемнеет,
Но мы простить изгнанье не сумеем.

Мы для всех — восставшие изгнанники? О, да!
Так обратно возвратимся, господа!
Мы вернёмся, и теперь уж навсегда...
Знайте — никогда не говорите “никогда”.

Эй, вы, смертные! Вы свободу ждёте в дар?
Нет, даражайшие, хоть ваш бог уже и стар,
Никогда свобода не приходит просто так.
Вы решайте, с кем вы: знамя Рая? Ада флаг?

Кто вас в бой пошлёт — Архангел Михаил?
Ну, а трубы предоставит Гавриил?
Флаг над вами поднимает Азраил?
И клинок за вас достанет Исмаил?

Или “В бой!” приказом вас отправит Асмодей?
Или Астарот, который всё же родственник людей?
И за вас сам Абаденн клинок поднимет свой,
Гордо реют стяги Сатаны над головой.

Что же, я свой выбор сделал уж тогда,
Когда нас, повстанцев, изгоняли навсегда.
Мой клинок, не знавший слова “стыд”,
В честь победы нашей заблестит.

Плечо к плечу, к клинку клинок... В ночи
Проснуться, словно метеоры,
Строй всадников, и стук копыт звучит,
Как будто, звук от снятого запора...

Чёрные всадники
(в соавторстве с Tinmoriel)

...Взгляни ты вверх безлунной ночью юной
И отыщи в созвездиях небес
Пробег коней и дикость скачки шумной,
И страх давящий вековых чудес...

Мы — слуги ночи. Когда-то мы были в Раю.
Лучше бы вам не бывать в этом глупом краю:
Серость, милорды, болото, затянет — прощай.
Ни с кем из знакомых там встретиться не обещай.

Когда мы восстали, эфир алой кровью залив,
Клинки засверкали, пурпуром лазурь обагрив.
Мы проиграли, и с неба нас скинули вниз.
Сломаны крылья, потерян для нас Парадиз...

Мы продолжали борьбу — среди вас, чудаков,
Сталью и словом ломая железо Оков.
Крепко сковал нас возлюбленный Бог и Отец,
В время иное придет Его власти конец!

Битва грядет, поведём за собою на штурм
Тысячи душ. Ну, держись, властелин-самодур!
Первым, Денница, ты дал имя нашей мечте —
Верим мы ныне, как прежде, твоей правоте!

...Мы долго бились за тебя, о, Князь наш Люцифер,
И разрушали, как могли, гнуснейшую из вер...
Наш чёрный плащ от крови потемнеет,
Но мы простить изгнанье не сумеем.

Пали мы, утратив славу? Да!
Возвернуть удар с торицею пора,
Тверди крепь сметая смерчем урагана...
“Никогда!” — не декларируйте так прямо!

Эй вы, смертные! Свободу ждёте в дар?
Нет, милейшие, хотя ваш Бог и стар,
Силу воли не продаст вам за медяк...
Выбор сделан? Стяги Рая? Ада флаг?

Кто вас в бой пошлёт — Архангел Михаил?
Ну, а трубы предоставит Гавриил?
И хоругвий поднимает Азраил?
И клинок за вас достанет Исмаил?

Или “В бой!” приказом вас отправит Асмодей?
Или Астарот, избравший родственность людей?
Абадден средь вас клинок возденет свой,
Гордо реют стяги Сатаны над головой!..

Выбор свой я сделал в день изгнанья,
Совесть мне не будет порицаньем.
Верный меч, не знавший слова “стыд”,
В честь победы Темных заблестит!

...Плечо к плечу, крыло к клинку в ночи
Промчимся, словно метеоры —
Строй всадников, и стук копыт звучит,
Как будто звук от снятого затвора...

Последний строй

Ликует смерть. И вновь сомкнулся строй.
Пустое место занимает кто-то.
Боль от потерь затмит от раны боль.
Но бой идет. И в бой идет пехота.

Поют клинки, сшибаясь с снопом искр,
Кровь орошает землю словно росы.
И на губах отчаянья замер крик.
И по лицу под шлемом льются слезы.

Пал слева друг. И поднял щит другой.
Последний бой кипит не ради славы.
Последний строй. Последний строй.
И пусть закат сегодня будет алым!

И пусть осталось мало нас в строю,
Мы не отступим - мертвым нет позора.
Пусть менестрели нас не воспоют,
Но нас не будут бичевать их взоры.

Смахнув с лица кровь, льющую из ран,
Покрепче стиснув меч от крови ржавый,
В последний бой (чем руки - не таран?)
Я ринулся за смертью и за славой.

Меч падал и взлетал, как солнца луч,
Но бег мой был стрелою остановлен,
И солнце, показавшись из-за туч,
Нас осветило, кто погиб не сломлен.

На мертвых лицах злости не осталось,
Враги стояли над телами павших...
И, перейдя сквозь боль, гнев и усталость,
Через погибших устремились дальше...

Моя тропа

Мой меч по рукоять вновь залит кровью,
И щит пробит. А Смерть смеется зло...
Я вновь один. Какой судьбой другою
Я мог сказать, что мне не повезло.

Зачем же продолжать мне эту битву?
Но вновь десница поднимает меч.
Звон топора, что режет щит как бритва,
Меня заставить хочет в землю лечь.

Моя тропа уже красна от крови.
Мой путь залит и скользко мне идти.
И кровь друзей... Тех, кто по доброй воле
Шагнули под удар моей руки.

Я сделал шаг, переступая тело.
Пускай когда-то это был мой друг.
Теперь он мертв - а мне-то что за дело?
Ведь раз погибший разрывает круг.

Когда мне в спину меч вонзал товарищ,
Я находил в себе еще чуток
Остатков силы и сквозь дым пожарищ
Я видел смерть таких, каким был он.

Я разучился верить в чью-то дружбу.
К чему она? Я - одинокий волк.
К тому же это будет скверной службой,
Ведь ты теперь, увы, не одинок.

И прикрывать ты вынужден кого-то,
И беспокоиться о ком-то должен ты.
Какой простой была твоя работа -
Рубить людей как старые кусты.

Я позабыл значенье слова "вера".
Мой меч в руке, мой враг - глаза в глаза.
Кому-то верить? Но одна измена
И вновь ты на пути в кромешный ад.

Ад собственной души. Да будет вечно
Проклятие парить над головой.
Я снова выйду в путь свой бесконечный.
Свободный. Но не нужный... Неживой...

Кому-то верить? Как могу решиться?
Я увлеку с собою в ад того,
Кто вдруг рискнет со мною подружиться -
Я не забыл ни боли... Ничего...

Вот серебро и пурпур. Кровь на белом.
И Лебедь в крови перья оросил...
Вот те, кто пали за меня. И дело ль,
Чтоб я с собой кого-нибудь тащил.

Вновь хлопнет тетива у арбалета.
И черный болт пробьет чью-то грудь.
И ничего сказать не сможешь на все это
И... Все что я сказал, забудь... забудь...

Orcheim

В мирах столетья напролет
Жил некогда один народ.
И некогда воздвиг народ
Здесь свою крепость, свой Оплот.

Огнем тот замок окружен,
Огонь горит со всех сторон,
И говорят - здесь Тьмы Оплот,
Здесь Повелитель Зла живет.

Драконам - воинам его,
Довольно знака одного -
Крушат Добро, сминают Свет,
И никому пощады нет.

В том небе звезды не горят,
В том мире смерть и зло царят,
Там Ад, там Мрак, там Страх и Боль,
Над всем царит Дракон-Король.

И в ужасе Арен замрет,
Увидев яростный полет,
Блеск чешуи, когтей, клыков,
Дракон в бою - не надо слов.

Из моря огненного ввысь
Оплота стены поднялись,
Драконы на стенах сидят,
И в их глазах пылает Ад.

Увидишь - не уйдешь живым,
Пусть даже ты Творцом храним!
Огонь и смерть любого ждут -
Они везде тебя найдут.

Так говорят. Я ж видел сам,
Как пламя рвется к небесам,
И я с драконом говорил,
И я в Оплоте долго жил...

Внутри него - тепло, уют.
Драконы хорошо живут.
Там пенье струн, там тихий смех,
И там царит галантный век.

Там рыцари в плащах, в мечах
Танцуют с леди при свечах,
Там страха нет, забыта боль,
И улыбается Король.

Там рыцарская честь в чести,
Умение себя вести,
Век рыцарей, прекрасных дам
И бардов годы длится там.

Вы побывайте сами там.
Оплот ли зла, добра ли храм -
Решать уже не мне, а вам...
Себе? Я все уж доказал.

Дождь

Дождь стекает по ткани плаща.
По щиту капель стук раздается.
Дождь смывает и капли крови с меча,
Грязь с плаща, и под ноги мне льется.

Дождь промоет все рваные раны земли,
И от крови и гнили отмоет.
Словно зерна на пашню капли легли...
В море боль твою он смоет.

Здесь закончился бой, павших не сосчитать,
Отгремела война брата с братом.
Только мертвые кости в травах лежат,
Да взблестнет иногда меч булатом.

Кто погиб - тех оплачет журчащий напев,
Победившим омоет он лица.
Ну а белые кости - не худший посев,
А под стук капель так сладко спится.

Только нам вот уже не вернуть никогда
Тех, с кем хлеб мы походный делили,
А из пепла восстанут вновь города,
Птицы в шлемах гнезда уж свили.

Но сумеет ли дождь этот душу отмыть?
Подлеца очистить от грязи?
Или то, что сами хотели забыть,
Он сумеет очистить от мрази?

Этот бой здесь закончен. В дорогу, герой.
Продолжается вечная схватка.
И при солнечном свете, иль ночною порой
У тебя в битвах нет недостатка.

...И очистив клинок, в ножны сунув его
Капюшон на лицо опускаю.
И, коня отыскав, забираюсь в седло,
Или газа педаль нажимаю.

Продолжается бой. Только нужно узнать,
Ведь гербы и доспехи сменились.
И противника нужно суметь отыскать...
И... мечи наголо, ваша милость!

The Brocken Sword
(подражание В. Высоцкому)

Древний замок вздымается в сердце лесов,
И омела обвила могучий гранит.
На прогнивших воротах - разбитый засов,
Но древние тайны как прежде хранит.

И ворота зияют как будто оскал,
В стенах бреши, как будто слепые глаза.
Чернота из бойниц, и молчание скал,
Но когда-нибудь вновь зазвучат голоса.

И шагнув в тесный двор, ты услышишь вокруг
Звон клинков, пенье стрел и раненых стон.
Где ты - время друзей и прекрасных подруг?
Тишина и лишь тяжкий взгляд темных окон.

И ворота времен распахнутся на миг,
Ты услышишь звон стали и звуки рогов;
Друг с мечом за плечом, и в окне - дивный лик,
И в ночи раздается лишь топот подков.

Ты поднимешь с земли старый сломанный меч,
И почувствуешь страсть и волненье в крови.
Так сражайся за то, что стоит беречь -
За любовь, за земли и звезды твои.

Древний меч вновь согреет застывшую кровь,
Снова гордые стены поднимутся вверх,
И доспехи на плечи навалятся вновь,
И друзья - пусть немного, но один за всех.

Погляди на врага! Пусть шипастый доспех
И глухое забрало не будет стеной,
Пусть минуют века, но его взгляд и смех
И сейчас пусть да узнаны будут тобой.

Но ведь честь, что сейчас, что тогда - это честь.
И любовь - это чувство святое всегда.
И пролитая кровь вызывает крик "Месть!"
И врагу не уйти. Никуда. Никогда.

Замок в прах обратился, но время не спит.
Продолжается бой, как во все времена.
Пусть один ты, иль за спиной грозный хирд,
Ведь война она вечна - война есть война.

Рядом рухнет убитый противником друг,
Но ведь мертвым, увы, не поможешь скорбя.
И тогда гнев и ярость поднимутся вдруг,
Оттого, что убили его, не тебя. Не тебя...

И когда вражий щит захрустит под мечом,
И противника кровь оросит меча сталь,
Вот тогда понимаешь уже, что почем.
Значит, правильно меч тебя сквозь века ждал.

HOMO MILITARY - II

Символ преследует мир
Роком всевышней руки,
Падет Валтасаров пир
Огнем кровавой строки.

Рухнет ослабленный бог,
Восстанет новый кумир,
Взойдет Александр на порог,
К ногам его ляжет мир.

Неизбежен истории ход,
Отворились ворота опять,
Начиная крестовый поход,
Глупо вновь поворачивать вспять.

Каждый раз возвращаемся в строй,
Умираем, чтоб снова ожить,
Мы комфорт, уют и покой
Променяли на вольную жизнь.

Дни и годы проводим в боях,
За спиной - парсеки дорог,
И в каких иноземных краях
Нам сулит умереть древний рок?

Сами мы для себя короли,
Повелители лишь для себя,
И с рожденья до самой петли
Проживем никого не любя!

Сокрушая врага по пути,
Мы проходим года и века,
От себя никуда не уйти,
Наша цель также все далека...

Мы - наемники, слуги дорог,
Мир за миром проходим в строю,
Мы вступаем на смертный порог,
Мы увидимся снова в раю.

Побеждаем - иначе нельзя.
Нас немного, мы служим себе,
Да, мы воины, со смертью друзья,
Подчиняемся нашей судьбе.

Нас зовут Homo Military,
Мы сражаемся вечно, везде,
Мы дрались с Легионом Зари,
Из нас многие сдались мечте.

Мрак и Свет - это только слова,
Равновесники - толпы ханжей,
Только воины будут всегда,
Пока в мире рожают мужей.

Отражения, сотни миров,
Все равно - с кем сражаться и где.
Для нас роскошь - семья, дети, кров,
Мы везде - в то же время нигде.

Под седлом - лошадь или дракон,
Под руками - штурвал корабля,
Вот в пространстве летит Триптикон -
В бой идем, только битвы любя!

Меч ли, бластер ли верный в руке,
В небе белый рефракции след,
Нож короткий зажат в кулаке,
И дракон - за врагами вослед.

Все равно - скафандр, доспех,
Все равно, как врага сокрушить,
Для нас главное - это успех,
До него еще нужно дожить...

HOMO MILITARY !

Песня Учителя

Видно, снова так рассудила судьба,
Если снова в битве раздались слова:
"Учитель, держись, я прикрою тебя!..."
А потом - тишина. И в крови голова...

Прикрывший меня собой Ученик,
Шагнувший под меч, предназначенный мне,
Удар по доспехам, в ушах бьется крик,
И мертво белеет лицо при луне.

Мальчишка! Зачем? Ведь я мог отразить
Тот меч, что мне в грудь был направлен, блестя.
Злосчастной рукой Рок тебя поразил,
На лезвиях ножниц Парок летя...

Глупейшая смерть! Неужель для того
Я тебя обучал владенью мечом?
Для чего я тебя обучал? Для чего?
Чтобы меч стал тебя поразившим лучом?

Неспетая песня твоя зазвучит
Лишь в каплях дождя, лишь в пенной волне.
Но что боль потери мне облегчит?
Разве может вина быть забыта в вине?

Я должен был пасть, а ты должен был жить!
Я стар, а ты молод. Но жизнь, словно сор
Ты выбросил вон. А мне не забыть
О том, кто погиб, чей застыл ясный взор.

А я? Как позволил тебя я убить?

Ты должен был стать заменившим меня,
Стать воином, магом, бороться со злом...
Но мертвым, увы, не поможешь скорбя,
Значит, время уйти для меня не пришло!

И сколько еще буду видеть во сне
Я это лицо и слышать твой смех?
Кто умер, смотря прямо в душу ко мне...
Прости, что я выжил. Прости мне... За всех...

Песня Ученика

Где-то пожар, и огнем заливается мир,
Снова где-то горит пожар ненавистной войны,
Вскочишь ты на коня, покидая свой свадебный пир,
И твой путь осияет мерцающий серпик луны.

Я пойду за тобой, мой учитель, мой друг и мой брат,
Я пойду - и прикрою тебя, как щитом.
Не узнает вкус крови твоей ненавистный твой враг.
Я - твой щит, и неважно, что будет потом.

Учитель, держись, ты один, я сейчас подойду,
Дружище, так как? Ты не ранен? Ну, слава Богам!
Пусть я не могу отвести любую беду,
Но тебя не позволю коснуться вражьим рукам.

Я знаю, ты примешь заранье проигранный бой,
Я знаю, что честь не позволит тебе пройти стороной,
Пускай на тебя надвигается важеский строй,
Ты знаешь, что я стою у тебя за спиной.

Учитель, веди, ведь я знаю - мы победим!
Учитель, прости, я не смог простоять до конца.
Прощай же, учитель. Ну, что же ты? Дальше иди...
А я предстаю перед светлые очи Творца.

Ну что же, враги, меня просто так не убить!
Ну что ж, атакуйте. Я знаю, что будет потом.
Проклятье! А мне очень хочется малость пожить...
Учитель, держись, я буду тебе щитом.

Два длинных меча рассекут вековечную тьму,
Я знаю - победа близка, но редеет наш строй.
Не знаем, кому предназначена смерть, а кому
Продолжать этот вечный, смертельный, безумнейший бой.

Я знаю, что боги тебя от смерти хранят,
Я знаю, что ты считаешь себя подлецом,
За то, что других, павших в битве, уже схоронят,
Что битва для них стала последним концом.

Учитель, вперед, ведь уже загорелся восход,
Учитель, руби, пусть да будет Гела довольна!
Учитель, не зря начинали мы этот поход...
Ведь мы побюеждаем! Но что это?..Как больно...

Мой меч выпадает из враз ослабевших рук,
И хлынула кровь, как близкий предвестник конца...
Меня тянет к земле, я не вижу всего, что вокруг,
Но слышу я арфу, и голос печальный певца...

Учитель, прости, я тебя прикрыть не сумел,
Учитель, иди, ведь победа уже так близка!
Ведь ради нее я отдал уже все, что имел...
И красным окрасились в небе мои облака...

Я слышу победные крики идущих армад,
Я слышу, что мы победили, что враг побежден!
Друг мой, без меня принимать тебе этот парад,
И вот - та победа, в которой ты был убежден!

ДАГОР БРАГОЛЛАХ (Дикая Охота)

Капля крови вдруг вспыхнет на чистом клинке,
И клинок задрожит от волненья в руке.
Кто же знает - что ждет тебя там, вдалеке?
Так скорее в дорогу.

Поднимая знамена свои по мирам,
Мы идем по ним вдаль, чтобы встретиться там,
Но все бросим на веру неверным годам,
Коль зовут на подмогу.

Изумрудная степь под копыта легла,
Небо словно из лазоревого стекла,
Снова конь закусил свои удила.
И друзья за спиною.

Ветер дует нам в лица, волосы рвет,
Менестрель эту скачку потом воспоет,
Как свободен коня энергичный полет.
Нам дарован судьбою.

Повелители сами мы для себя,
Собрались здесь только наши друзья.
Даже в бой пойдем, битвы не любя,
За свои идеалы!

Если враг - ну что ж, мечи наголо!
Нападает? Что ж, знать неповезло!
Что-то алое вдруг по руке потекло...
И вдруг друга не стало...

Сзади битва... И снова продолжим скакать,
Но уже опустело седло и опять
Из нас кто-то должен это сказать:
"Прощай, старый друг!"

Мы теряем друзей, но враг сокрушен,
Снова выдернем наши мечи из ножен.
Только кровью вопрос Равновесья решен.
Нет уж многих вокруг...

Их подруги еще будут плакать. Потом.
Мы же лишь помолчим над расшитым седлом,
И над другом с засевшим в груди топором...
Плачьте, наши подруги!

Скольких мы потеряли на долгом пути?
Но по прежнему нам от себя не уйти.
И по прежнему битва у нас впереди.
Так сомкните строй, други!

Эти лица пред внутренним взором плывут.
Тихим сном забыться мне не дадут...
Все ждешь вот - сейчас они подойдут...
Но молчат часовые...

Вы простите, что вас не уберегли,
Что мы только себя в битве стерегли,
Так забудем проклятый Анфауглиф,
Эти земли святые...

Принц Эмбера

Вечный Колвир я славлю и плачет арфы струна,
И единорог на флаге печально обвис.
Не плачь, дорогая, ты теперь уже не одна.
Хоть в руке у меня не шпага, а только крисс.

Мы прошли сквозь Хаос и вышли наружу опять,
Шпаги по эфес залиты кровью врагов.
Но ты Эмбера принц, для тебя что-то поздно менять -
Мы в боях прошли уже слишком много миров.

И дорога на Эмбер не всегда нам раем была,
Но не разу не были белые стены в огне.
Все братья, семья нас одна приняла,
Хоть всегда мы боялись проснуться с кинжалом в спине.

И на кончиках шпаг снова лунный отблеск сверкнет,
И Арденнский лес снова увидит бой,
Но никто из нас назад не повернет,
Будем мы даже одни, а пред нами - Хаоса строй.

Мы - убийцы и воины, для нас что-то поздно менять,
Мы врага убиваем без жалость и без стыда,
Но ведь Эмбер - святое, и кому-то Колвир отдать?
Даже мысли такой не бывало у нас никогда.

Все равно, кто из нас Хаос вынесет вновь,
И дорога на Эмбер вновь ляжет у наших ног,
И поймешь - в жилах принца - живая кровь,
А дорога - ну что ж, нам не жалко пары сапог.

Чернь и серебро на плечах, во взгляде - огонь,
У пояса - шпага, и кто на пути - плач,
Что за слово такое сейчас я слышал - покой?
Я - принц Эмбера, воин, менестрель и палач.

И струна моей арфы еще не раз зазвучит,
Есть еще сигареты в кармане, ну значит - живем,
И пока еще сердце под черным шелком стучит.
И пока стучит, ну, дружище, еще споем!

Серебристый клинок разрежет завесу Тьмы,
И взметнется огонь, разрывая Хаос и мрак,
Ведь огонь очищает даже при свете луны,
И к чему перед Хаосом принцу испытывать страх?

Эмбер, центр вселенной, я опять вспоминаю тебя,
Скакуны и рыцари в стали с шеи до пят,
Темный эль и мягкие губы подруги, друзья,
И во сне я опять вожу в битвы эмберский отряд...

Свобода Среднеземья

Лихой гондолинец строит дома,
Лихой гондолинец прав для раба,
Он прав, он свободен для мира всего,
И золото грузят в подвалы его.

С боями прошел сквозь века Феанор,
Силы и знаний требовал он,
Весь мир покорен, и брошен к ногам,
Свободу - для эльфов, и рабство - рабам!

Удар барабана, хирд вышел в поход,
И Мории вольной знамя вперед,
Богатство для гномов и шахты рабам,
Весь мир пусть склониться к гномьим ногам.

Пожары горят в Дориате огнем,
Ногродский солдат здесь прошел сапогом,
Весь мир покорен и брошен к ногам,
Свободу - для гномов, и рабство - рабам!

Свободный роханец идет воевать,
Свободный роханец может не знать,
Что кровью своей он плодит лишь рабов
Для ясных роханских степей и холмов.

Сквозь Мордор пробился гондорский солдат,
Для эльфов и гномов здесь не было карт,
Весь мир покорен и брошен к ногам,
Свобода - для Гондора, рабство - рабам!

Взят орком без боя был Итилиан,
И всем недовольным к груди ятаган,
Но кто там его оккупантом зовет?
Он символы Ока и правды несет!

В Прирунье и в Кханд, в Умбар и в Харад
Мечом нес свободу мордорский солдат,
Багрянцем окрасились люди, дома...
Свободу - Гортауру, рабство - рабам!

Властитель

Властитель. И гордые головы склонят драконы.
Властитель. Войска ли пойдут за тобой.
Властитель. Сумеешь пройти сквозь препоны.
Властитель... А те, кто пойдет за тобой?

Ты должен быть с теми, кого приручил ты.
И ты отвечаешь за них пред собой.
Властитель. Для них ты - непогрешимый.
Для них ты - владеешь их волей, судьбой...

© "Купол Преисподней" 2015 - 2016. Все права защищены.
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru Интернет-статистика