Автомобильное оборудование

Ash-kha

Рубрика "Дина Смирнова - в школе и дома":

ТРОН В КРОВИ,
или
КОЕ-ЧТО ОБ ОДНОМ ДРЕВНЕМ ИСТИНКТЕ

g24

Представляете, что такое класс из одних девчонок? Серенькие (не в смысле цвета, а в смысле незаметности) платьица с воротничками под горлышко, скромно опущенные в пол глаза и неизменная книга - символ не прекращающегося ни на минуту самообразования? Чушь это! Если вы такими видите жертв раздельного обучения, то ваши представления устарели как минимум на 100 лет. Таких "гимназисточек" сейчас редко встретишь. Девчонки, оставшись одни, не смущаются демонстрировать подругам такие стороны своей натуры, при виде которых хочется завыть и накрыть голову подушкой. В нормальном варианте они должны бы были комплексовать из-за отсутствия мальчишек, они же презирают их, ставя себя в Центр Мироздания. Чтобы доказать свою позицию, они берутся делать то, что умеют мальчишки. И, прежде всего, спорят из-за власти: кто будет руководить?

В истории человечества так сложилось, что мужчины открыто и явно руководили, отдавая приказы, а женщины тайно и незаметно влияли на то, какой приказ будет отдан, как его исполнят. Скрытое влияние - это сложный процесс сродни дипломатии. Ведь нужно не дать человеку заметить, что его заставили поступить определенным образом, чтобы он был доверчив и доступен для следующих обработок. Иначе он закроется от тебя, спрячется в свою раковину. Скрытое влияние не приносило ощутимого вознаграждения. А ведь каждый человек в большей или меньшей степени стремится к власти, чтобы доказать всем окружающим уникальную целостность и красоту своего взгляда на мир, воплотить ее. И он хочет, чтобы им восхищались и признавали, что он самый-самый-самый. Получить желаемое может только лидер, которого лидером признают, который руководит. Не удивительно поэтому, что сейчас многие девушки стремятся лидировать. Но ведь для этого нужны не только организаторские способности, но и сильный (что называется "мужской") характер. Руководитель - всегда воин, он должен быть готов принудить там, где не слушаются его добровольно.

Я свидетель того, что получается, когда асы дипломатии берутся за оружие, что получается, когда девчонки сражаются за место лидера, которому проигравшие должны будут подчиняться беспрекословно.

Нас было 9 человек - маленький коллектив, в котором каждый имел свои особенные умения и способности. За их счет каждая пыталась возвыситься над остальными. Например, Ольга слыла знатоком в сфере, которая не может не волновать старшеклассниц - мальчики. Несмотря на то, что ее с большой натяжкой можно было назвать симпатичной, она меняла поклонников с такой скоростью, что мы не успевали запоминать их имена. Она очаровывала всех своей непосредственностью и импульсивностью, смело кокетничала с преподавателями-мужчинами. Часто наш учебный день начинался так...

Дверь кабинета распахивается, впуская взлохмаченный, жестикулирующий ураган. Мы все оборачиваемся, предвкушая новую историю. Ольга зашвыривает сумку на свое место.

- Ну, девчонки, потрясно!! – выдыхает она. - Я такого отпадного парня сегодня видела в троллейбусе, это что-то!

И следует шквал подробностей, какой он был "лапушка", как был одет и как вел себя. Слушали ее только что не с открытыми, ртами...

Впрочем, на первых ролях Ольга продержалась недолго. Ее сменила Наташа с "кодексом амазонок".

- Нет ничего, что мог бы парень и не могла девчонка, - говорила она. - Пример - Маргарет Тэтчер, Софья Ковалевская. Если девчонкой помыкают, если она считает себя слабой, ущербной, то виновата в этом сама. Надо не позволять парням верховодить!

На мой взгляд, Наташины речи сильно напоминали ленинскую работу "Большевики должны взять власть". Развивались дискуссии:

- Жертвенность! - фыркала Витка. – Не произносите при мне этого слова.

- Если человек любит, он должен поступаться своими привычками ради другого, - тихо вставляла Надя.

Витка взвивалась:

- Только парни все ждут, что девчонки будут для них жертвовать. А сами ни на шаг от своего не отступят! Хотя бы были и не правы...

- Сейчас мальчишки на шестьдесят процентов - раскисляй, тряпки,- категорично заявляла Ольга. - Когда последний раз кто-нибудь из вас видел парня, который сам бы подошел, познакомился и потом держал инициативу в общении? - поворачиваясь к Наташе: - Вот с такими было бы интересно конкурировать!

- Может, нам не те все парни попадаются, - вздыхала Надя, но на нее не обращали внимания.

Наше недовольство представителями противоположного лола росло. Мы, посмеиваясь, наблюдали, как девчонки из параллельного класса толпами бегали за одним парнем (тип общешкольного любимца), по очереди вешались на него, уверенные в любви до гроба, а через минуту, размазывая косметику, рыдали в туалете. Мы агрессивно набрасывались на собственных друзей, вымещая на них придуманную обиду. В результате рассорились не только с ними, но и с отцами, и с братьями. Это нас несколько отрезвило. И вскоре Наташа сошла с дистанции.

Единственным человеком, чье влияние на класс оставалось постоянным, была Витка. Решительная, самоуверенная, пробивная, она пользовалась у нас большим авторитетом. Оцени я реально свои шансы, мне бы никогда не пришло в голову с ней соперничать. Но получилось так, что я предъявила претензии на лидерство.

В 7 - 8-м классах мы были с Виткой неразлучными подругами; у нас совпадали интересы, мы обе любили читать, много фантазировали и вместе пробовали сочинить повесть. В 10-м классе на короткое время вернулось взаимопонимание, и вдруг произошла ссора. Думаю, что такое потерять лучшего друга, представляет каждый.

Моя боль вылилась в желание отомстить. Зная властолюбие Виты, я решила сделать все, чтобы девчонки перестали подчиняться ей, отвернулись от нее. Не задумываясь о нравственности поступка, я решила ударить в самое уязвимое место.

Ареной борьбы стала учеба. Мы разворачивали аргументированные споры на литературе, истории и МХК, щеголяя такими внепрограммными знаниями, о которых никто в классе даже и не слышал. Мы обливали друг друга презрением, стоило одной из нас оступиться; малейшие ошибки мы зло высмеивали перед посторонними. В общем, в ход пошла тяжелая артиллерия, и наши одноклассницы предпочитали не оказываться на линии огня.

До сих пор я помню одно происшествие.

...Идет урок алгебры. Дано задание, но Марина отвлекла меня примером, в котором не может разобраться. Объясняя, я увлеклась и не заметила, как кончилось время.

- Смирнова, - вызывает алгебраичка, - пятый пример.

Направляясь к доске, я прохожу мимо Витки. Что за мерзкая ухмылочка! К тому времени у нас выработалось безошибочное предчувствие на провал соперницы.

Я смотрю на пятый пример и холодею: надо же было!.. Модули - одна из моих слабых тем, давнее упущение. А тут еще такое нагромождение букв, степеней, логарифмов и скобок! От страха не решить я теряю остатки сообразительности.

- Ну? - преподавательницу удивляет мое полутораминутное топтание у доски. - В чем дело?

За спиной следует язвительный Виткин комментарий в пространство. Лучше бы мне умереть на месте - одна мысль.

С помощью подсказок алгебраички я начинаю решать пример. Звенит звонок - избавление. Но ощущение стыда не пройдет еще долго...

Однажды я обнаружила, что Витка сдает позиции. Победа пришла ко мне как-то сразу. Все учителя вдруг стали называть меня лучшей ученицей. Девчонки стали спрашивать у меня совета, ожидая энциклопедических знаний. И если мое слово в классе не стало решающим, то было достаточно веским. Витка озлобилась, грубо помыкала своими же сторонницами. Следствие? Ее все бросили.

Я не успела укрепиться на отвоеванных позициях. В начале 11-го класса Витка привела из нашей старой школы одну девчонку. Вита знала, что все мы побаиваемся Женьки, а у меня с ней были особенно плохие отношения. Мужеподобная, нахальная, склочная. Я всегда перед ней пасовала.

Тут я по-настоящему испугалась: я не знала, как с ней бороться. У меня только и хватило сил сказать Витке:

- У самой сил не хватило, подмогу привела. Ну, давай! Круши все вокруг вместо одного точного попадания.

- Что? - она изумленно уставилась на меня.

Это был первый раз после ссоры, когда я обратилась к ней лично, и она опешила. Обычно мы вели себя так, словно друг друга не существовало.

Потом были два месяца кошмара. Обе спортсменки, они разворачивались на физкультуре, не имея возможности третировать меня на других уроках. Здесь они давали мне не 100 - З00! очков вперед. И я терпела насмешки.

Скоро новенькая сама поняла, что, поддерживая Витку, она настраивает против себя класс. Ей ведь с нами учиться. И она приняла решение.

Перед уроком химии меня отозвали в сторону Марина, Ольга и Надя. С ними была и новенькая.

- Я, в конце концов, Витке не цепная собака, - сказала она, - в охранники не нанималась. Да и вообще она зарвалась, всем пытается указывать... Я с вами, девчонки.

Так Витка оказалась в изоляции.

Потом я часто задумывалась, стоило ли стремиться к первенству? Если сначала у нас с Виткой была возможность помириться, то в ходе этой борьбы, когда мы жестоко пошли стенка на стенку, раскрошились в пыль осколки прежней дружбы. И власть, ради которой все делалось, не принесла желаемого чувства удовлетворения, потому что, чтобы победить, нужно было отказаться от части самой себя. Витка, часто твердившая, что предпочла бы родиться мальчишкой, руководила, но не смогла на этом месте удержаться. Я долго стремилась, шла к руководству, используя и войну, и дипломатию, а потом себя спросила: зачем?

текст восстановлен по газете
"Пять Углов" № 19 (6455), 09.05.1996

© "Купол Преисподней" 2015 - 2016. Все права защищены.
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru Интернет-статистика